До собрания оставалась неделя, и как–то раз в мой кабинет постучал итальянский акционер.
– Не заняты, бэлла миа?
– Вы шутите, синьор акционер? – улыбнулась я приятному гостю.
– Понимаю, у начальницы дел хватает, – отозвался он с улыбкой. – Но я не задержу надолго.
– Для Вас у меня всегда найдётся время.
Я отложила бумаги и внимательно посмотрела на иностранца, который присел напротив.
– Перейду сразу к делу, синьора. Через неделю квартальное совещание с акционерами и спонсорами. Я предлагаю отныне проводить все важные встречи и голосования не в комнате акционеров, как раньше, а в отдельном зале. И там же установить камеры видеонаблюдения.
– Ну, перенос в отдельный зал – это понятно. Всё–таки комната акционеров больше служит вам всем кабинетом, а совещания подразумевают перестройку и создание неудобств в рабочем процессе. Зал у нас есть, просторный и светлый – перенесём собрания туда. Но зачем нам камеры?
– Для видеодокументации. – Развёл он руками. – Таким образом мы убьём сразу двух зайцев. Во–первых, у Вас всегда будут неопровержимые доказательства, кто и как голосовал или высказывался. Во–вторых, акционеры, понимая, что их записывают, будут осторожнее в противоречиях и недомолвках, чтобы потом не возникало претензий. А особые подлизы даже станут подгонять свои решения под Ваши интересы. Вам это выгодно.
– Ну хорошо, хоть скрытые камеры Вы не предлагаете, – шутливо подметила я.
– Что Вы! Наоборот! Все будут уведомлены и подпишут согласие на съёмку. Раз мы планируем снимать дрессировки собак, то почему бы не делать то же самое на собраниях?! Основные причины я уже назвал.
– А есть ещё какие–то дополнительные?
– Есть, – уверенно кивнул итальянец. – Я, как и раньше, уверен в том, что полковник придёт на совещание. Нам очень пригодится зафиксировать его недовольство новым проектом, чтобы потом показать министру: он вмешивается в оперативную работу центра. Это уже конфликт интересов. Не забывайте, Вам предстоит отстаивать своё право на акции!
– Акции, конфликты… как же всё это мне надоело. Иногда я чувствую себя предательницей собственного мужа.
– Муки совести и бизнес, синьора, вещи несовместимые, – отвёл он взгляд.
Я тяжело вздохнула – возразить было нечего, иностранец был прав.
– А что, если муж или другие акционеры выступят против видеонаблюдения?
– Но именно Вы начальница, и Вам определять внутренние правила центра. Кто не захочет быть записанным, упустит возможность присутствовать в зале и поучаствовать в обсуждении.
– Мой муж человек упрямый. Он может приказать технику выключить камеры в день совещания.
– Не беда. Для этого на собрании будет присутствовать Ваша секретарь, которая сможет всё зафиксировать вручную. Это станет нашим планом «Б».
– На всё у Вас есть готовое решение… Удивляюсь Вашей смекалке и умению предвидеть проблемы. На самом деле это я должна просчитывать ходы, а рядом с Вами чувствую себя недальновидной. Наверное, эмоции мешают мне мыслить так, как Вы, или просто таланта не хватает.
– Синьора, быть руководителем в полугосударственном центре и частным предпринимателем – два разных направления. Вы следуете уставу, сгибая его, если нужно, а я мыслю без ограничений, чтобы продвигать бизнес. Ваша цель – контроль, моя – развитие, поэтому и подходы разные. Я всего лишь Ваш советчик, а такие были у всех правителей – прошлого и настоящего. "Вожди" человечества редко выстраивают все стратегию сами – за их спиной всегда стоят целые команды: социологи, экономисты, техники, предприниматели. Руководитель, вождь, правитель – это, прежде всего, человек, которому доверяют и который умеет себя правильно подать. Но главное его качество – уметь из множества советов выбрать тот, который действительно ведёт к успеху. У каждого своя роль.