Чуть позже итальянец вызвал мне такси. Я спустилась на улицу, полная тепла и веры, которые он сумел во мне пробудить.
– Милая, я жду тебя тут больше часа! – схватил меня за руку муж, возникший словно из ниоткуда.
– Что ты здесь делаешь, полковник? – отстранилась я от него, ощущая вонь алкоголя.
– Это я у тебя должен спросить: разве не на корпоративе тебе сейчас положено быть? – его голос дрожал от злости и выпитого.
– Следишь за мной что ли?
– Нет, дорогая. Я заехал в центр кинологии после праздника в МВД, вот только тебя там не нашёл. И знаешь, что сразу пришло мне в голову? – он качнулся и указал пальцем на окно итальянца. – Что ты можешь быть именно здесь! И – правда! Когда я приехал, Ваш танец был в самом разгаре!
– Только давай без пьяных сцен посреди улицы! И как ты вообще вычислил адрес?
Муж рассмеялся:
– Я офицер МВД. Думаешь, это было сложно? – потянул он меня за руку к машине.
– Поедем вместе домой на такси. Ты не в состоянии сесть за руль. Тебе только права вернули. Хочешь нарушить, чтобы изъяли уже на всегда?
– Не смей говорить мне, что делать!
– Тогда я поеду одна, а ты сам решай, – открыла я дверцу, подъехавшего такси, и села на заднее сиденье.
Муж недовольно выкрикнул что–то злобное, но сел рядом со мной. Я назвала шофёру адрес дома, и мы тронулись с места.
Салон заполнил запах перегара. Я взглянула на красное лицо супруга – у него явно поднялось давление, а дыхание было тяжёлым и замедленным. Но я ничего не сказала, уставшая твердить ему о предписаниях врача.
Через пять минут напряжённой тишины муж вдруг прошептал мне на ухо:
– Раздвинь ноги, хочу под юбку тебе залезть.
– С ума сошёл! – возмутилась я и отпрянула. – Держи себя в руках, мы в такси!
– Мне надо кое–что проверить, – его губы едва шевелились, а язык заплетался.
– Что ты собираешься там проверять?
– Спала ты с итальянцем или нет.
Я оцепенела, не сразу поняв, чего он хочет, а когда догадалась, что он решил измерить ширину влагалища, ударила сумкой по плечу. Ещё раз. И ещё, посматривая со стыдом на водителя, наверняка, услышавшего этот разговор.
– Ты сумасшедший. Ты ненормальный. Как ты до такого опустился?! Позоришь и меня, и себя! Псих больной, из человека превратился в свинью! Скотина!
Супруг недовольно поджал губы и, ничего не ответив, уставился в окно.
Внутри меня жгла злоба и негодование, а ещё – презрение к напившемуся ему. Ты же знаешь, как я ненавидела пьяниц, лейтенант.
Добрые чувства после приятного вечера с акционером вмиг испарились, а вера, которую я только что обрела, обернулась жестокой уверенностью: я не могу позволить себе быть счастливой, ведь моё счастье всегда сменяется печалью или болью.
«Вот она, Вселенная. Никогда не решала мои проблемы, а лишь подбрасывала новые!» – рассудила я про себя.
Оскорблённая, расстроенная и жутко злая, я вышла из такси, когда мы приехали домой. Пока муж расплачивался за проезд, я поднялась в квартиру и, разувшись, отправилась в ванную.
Я знала, что, когда выйду из душа, он уже будет спать – некупанный, в одежде, храпящий и противный.
Так и было. Я улеглась на диван и проспала до самого утра.
На следующий день и вплоть до января нам не нужно было выходить на работу, но, когда я проснулась утром, мужа дома не было. «И слава богу!» – подумала я, выдохнув с облегчением. Его присутствие и так тяготило меня, а после вчерашнего я вовсе не хотела его видеть.
Пока я варила кофе, в гостиной зазвонил телефон. На удивление, звонила врач из военной медкомиссии – та самая, с которой я лично беседовала после первого обследования мужа.