«Ты слышишь?», – возник из мрака гостиной, затаившийся министр.
От неожиданности и испуга я выронила папку обратно в ящик бюро. Пару секунд он молчал и просто водил указательным пальцем по комнате, а мне становилось все более жутко:
«Когда наступает тишина, то жертва – под прицелом. Тогда она не решает уже ничего! В это мгновение полнейшей тишины её жизнь находится в руках охотника!», – зловеще прошептали его губы, а его взгляд был ужасающе жесток.
Перепугавшись маниакального вида чиновника, я сделала рывок мимо него в гостиную, желая выбежать по коридору в дверь. Он жутко рассмеялся и медленно пошёл за мной. Сердце пульсировало так, точно вот–вот взорвётся и вылетит из скованной груди. Дрожавшей рукой я провернула ключ в замочной скважине двери, и воля была близко, но тут министр обхватил меня руками и оттащил обратно в спальню. Я вырывалась и кричала, но он зажал мне рот и прошептал:
«Тш... тише, ты же не хочешь обратно в тюрьму? На той картине, раму которой сломали недотепы–грузчики, есть отпечатки твоих пальцев. Я сделал экспертизу и с легкостью могу повесить на тебя торговлю государственным раритетом. Ты, знаешь, у меня знакомые везде, и в этот раз майор тебя не спасет!».
Слёзы от испуга текли из моих глаз, а услышав эту угрозу, я перестала дергаться.
«Ты будешь молчать и вести себя тихо?», – спросил он меня, целуя в затылок.
Я отчаянно кивнула, и министр отпустил меня из хватки.
– Чего ты хочешь? – спросила я его, не переставая плакать.
– Для начала поужинать! – отчетливым голосом ответил чиновник, переключившись на обычный и спокойный тон. – Я принёс нам копчёного лосося с картошкой в мундире и пару салатов на лёгкую закуску. Пошли за стол! - поднял он с пола медальон майора и забросил себе в карман брюк.
Я ступала в гостиную медленным шагом и пугалась каждого звука. Лесси свернулась на кресле калачиком и опечаленно смотрела на меня.
– Садись! – министр галантно отодвинул мне стул и разлил вина по бокалам. – Сделай глоток и станет полегче. Ты вся дрожишь, – коснулся он моих плеч.
– Мне страшно!
– Нет, просто ты волосы не досушила, – просунул он пальцы в мои локоны и внюхался в них.
Внезапно за моей спиной зазвонил телефон и, вскрикнув от неожиданного звука, я подскочила на стуле.
«Ответь! Только без глупостей! Помни, что дуло ружья направлено на твою милую головку», – подвёл меня министр к телефону и, словно надзиратель, встал рядом.
Здравствуй, милая! – прозвучал голос супруга на том конце связи.
– Майор! – была я счастлива услышать его, точно среди холодной ночи мелькнул луч тёплого солнца.
– Что с тобой? Все хорошо? – напрягся он, уловив нотки страха в моём подавленном тоне. Чиновник вкрадчиво смотрел в мои глаза. Ему был слышен разговор, отчетливо звучавший в полуночной тишине.
– Откуда ты узнал мой номер? – придя в себя и осознав, что мне не стоит дёргаться, спросила я.
– Он вписан у тебя в рабочее резюме.
– Ах, да!
– Послушай, после нашей вчерашней близости, я понял, что не могу больше делить тебя с другим. Считай меня собственником или любящим мужем, как пожелаешь, но я должен что–то предпринять, и предпринять как можно скорей!
– Майор, я не могу сейчас говорить! – испугалась я, что муж скажет лишнего, а чиновник в одночасье узнает о задуманном им.
– Не перебивай! Ты знаешь, что я не романтик и мне трудно всё это говорить, но я люблю тебя и придумал план по ускорению комисс...