– Я просто ревную тебя к майору, и я, действительно, имею полномочия решать судьбы людей, тем самым получая то, что захочу. Но я не убийца и не вор! Я – министр МВД!
– Ты лживый актёр, которому я ни на йоту не верю. И ты упёк в тюрьму невинных грузчиков картин и в ссылку мою бывшую начальницу сослал. По–твоему это не преступления?
– Они слишком многое знали и представляли опасность моей жизни, свободе и карьере. А твой муж недалёкий мужлан, который только делает вид, что разумен и даже опасен. Зачем мне брать на душу грех, убивая его?
– Может, ты не заказывал супруга, и что–то просто пошло не по плану, ведь он преследовал воров и, чтобы избавиться от слежки, они пульнули в него. Однако я видела, с каким презрением ты смотрел на ретривера в тот самый день, когда майор отказался подписывать развод, и я прекрасно помню, с какой ревностью, завистью и злостью ты отзывался о псе! Ты мог задумать продать ищейку, тем самым насолив майору, безумно влюбленному в этого пса!
– И как, по–твоему, я всё это устроил без ключа, который только у кинологов и твоего супруга? Как я открыл вольер, находясь с тобой на торжестве?
– Ты мне на днях хвастался тем, как с лёгкостью и наслаждением обшарил кабинет моего мужа и выяснил, что эта собака стоила состояние, а ключ от её клетки хранится отдельно в ящике стола. Ты мог запросто сделать копию или Отвёртку попросить это сделать. Она не гордая, привыкла после меня с моими мужиками спать за деньги! Заплатил ей и ключик готов! И вы его передали ворам! А после сумму за продажу ретривера поделить на двоих замышляли.
– По интернету ключ передали? Как ты себе такое представляешь? Нет, это сделал тот, кто находился в момент похищения внизу. И знаешь, что я думаю? Это – технарь, который задолжал круглую сумму рэкетирам и захотел отдать её ретривером. Твой муж же дал ему ключ от кабинета, когда за фейерверком посылал, а потом они оба пропали с торжества, и я думаю, что майор поймал технаря за кражей. Дальше ты видела сама из окна.
– Но рэкетиры были в дублёнках, а на этих бандитах были надеты чёрные пуховики.
– Принцесса, ты очень наивна: к нам поднялись одни мужчины, а собаку украли другие. Они же не идиоты и угрожать, и красть. Я уверен, что это был паршивец–игрок, который потом сделал вид, что помогал.
Почему ты устроил праздник на втором этаже в приёмной, а не в столовой на первом? Чтобы было сложнее проследить за тем, что должно было произойти внизу?
– Там аппаратуру было легче установить и я, кстати, принял это решение в согласовании с техником, что ещё раз подтверждает его причастие к краже и ранению майора.
Министр взглянул на меня жалостливыми глазами, точно заверяя, что он был не при чём, но я не верила ему, хотя версия с техником казалась мне не такой уж глупой и далёкой от правды.
– Прошу тебя, надень колье, и мы поужинаем! – подошёл он ко мне со спины и приложил рубины к моей усталой груди.
– Я же сказала, что ухожу. Если ты, правда, любишь меня, то отпусти! Я боюсь тебя, и я люблю супруга!
Да, лейтенант, последняя фраза явно была лишней, и в мгновение воспламенившийся чиновник зажал колье у меня на шее, удушая крепкой цепочкой и проклятыми камнями – «жертва во имя любви». Я схватилась пальцами за украшение, пытаясь высвободиться и снова задышать. Он держал меня на пределе, не отпуская и не душа до конца.
– Лучше бы я и правда убил его, тогда бы не было соперника, и ты была моей. Я же объяснял, что не могу отпустить тебя, ведь тогда я ему проиграю, и что обо мне скажут люди? Что я провинциальный неудачник, а он, твой белоручка–офицер – счастливчик? Это не справедливо, Принцесса! Так не пойдёт!
– Отпусти меня, придурок больной! – прохрипела я чиновнику из последних сил. – Как тебя вообще на должность взяли? Ты маньяк, ещё и с психическим заболеванием! Тебе же даже дочку собственную доверять опасно, а не то что государство!
– Не смей так говорить! Я – министр МВД, и твоя жизнь сейчас в моих руках! – взорвался он окончательно и резко зажал колье ещё крепче на моей шее.
Я сделала громкий вздох, почти теряя сознание, но из спальни выбежала Лесси и, сбив чиновника с ног, вцепилась клыками в его правое бедро. Он взвыл, пытаясь избавиться от рычащей ищейки, а я отбежала к двери и отдала приказ на исполнение своей собаке бежать со мной вниз – прочь от министра, из этой квартиры, от ада, который с ним пережила.