Глава 10. Взаперти своего сознания
Ночь уже давно опустилась на город, когда я выбежала из подъезда во двор, захватив с собой лишь рюкзак и Лесси, бежавшую рядом. Мы оказались в тёмном переулке, озарённом только тусклыми уличными фонарями. Я хотела скорее убраться оттуда, ведь мне всё казалось, что министр выбежит в поисках нас, и тогда спасения уже не будет. Кашляя от удушья, дрожа от холода и испуганная, я вывела свою любимицу на трассу и притормозила такси.
– Девушка, с собакой в машину нельзя, тем более она у Вас без поводка! В одном ошейнике! – воспротивился шофёр.
– Я заплачу двойную цену! Везите меня скорее по адресу, который я дала!
Мужчина оглянулся и увидел меня в драном вечернем платье, тонком пальто, с царапинами на лице, к которым теперь ещё прибавился синяк на шее. Его глаза увеличились вдвое, и в удивлении приоткрылся рот. Ничего больше не сказав, он завёл двигатель автомобиля и отъехал от пугающего меня двора.
«Мы едем домой, девочка. В наш настоящий дом!» – шепнула я питомице и с облегчением выдохнула.
Мы всё ещё сидели на кухне с бывшей начальницей–майором, и на её плечах лежал тёплый плед, но она вздрогнула и нервно потёрла бедра руками.
– Я немного запутался после Вашего рассказа о разговоре с врачом больницы: Вы были любовницей министра, потому что хотели стать начальницей центра кинологии, а он мог Вам это дать, или потому что он Вас не отпускал, угрожая полным крахом всего, что дорого? – воспользовавшись минутой тишины, спросил я её.
– Поначалу я сошлась с чиновником просто потому, что он мне нравился: галантный, интеллигентный, уравновешенный, но когда мне стали открываться все его грехи: заговор с полковником, нелегальная торговля картинами, ссылка инструктора–кинолога, – я сильно разочаровалась в нём, но к тому времени он уже шантажировал меня и майора закрытием центра в случае нашей разлуки. Уйди я от него, он бы уничтожил и бренд, и центр, потому как обладал полномочиями сделать это. Я объясню тебе ещё раз: отобрав акции полковника, он усилил власть государства над центром. Регламент, финансирование, правление – всё это было в руках министерства. Существовали и акционеры, однако по тому самому регламенту они могли стать царьками частного сектора внутри государственного центра, но принимать решения о судьбе целого учреждения, его работниках, его порядках права не имели. Таким образом, как бы я ни старалась возглавить центр трудолюбием, умом или талантом, без согласия министра, я бы не стала начальницей. Конечную подпись ставил он! Ответ на твой вопрос прост: я оставалась с чиновником, чтобы он не закрыл наше дело и чтобы разрешил мне стать начальницей в свой срок.
– Но после перестрелки Вы всё–таки решились уйти от него?
– Мне стало страшно оставаться с человеком, который мог быть хладнокровным убийцей, заказавшим моего супруга из мужской конкуренции. Пойми, что я не знала истинной цели преступников: выкрасть собаку или, помимо этого, умертвить майора по заказу министра. Тебе бы хотелось жить в одном доме с убийцей? Мне нет, поэтому, придавшись эмоциям, я выбрала расстаться с ним.
– Я понимаю Вас, – осторожно продолжил я расспрос, – но, возможно, будучи женщиной, я сделал бы это втихаря, не раскрывая неадекватному мужчине своих планов! Вы ведь скандал с ним начали со слов «я ухожу от тебя». Прямо в лоб!
– Ты не учитываешь состояние аффекта, в котором я находилась после пережитого! К тому же, уйди я тихо, он бы искал меня повсюду, не понимая, почему я пропала. Мы бы пришли к этой беседе всё равно! Я хотела расставить все точки над «и» без промедлений, и избавиться от него навсегда. Как я уже упомянула, мной двигали эмоции и страх, а они на многое наплевали. Например, на то, что он захочет мстить: закроет наше дело, лишит меня образования, поставит крест на продвижении супруга в МВД.
– Всё то, о чём предупреждал майор?
– Именно! Муж часто говорил мне, что я не думаю, а поступаю импульсивно, и в этом вся моя беда. Тот случай с министром был лучшим доказательством правоты супруга. Я не учла возможных последствий расставания!
– Хорошо, допустим так, но зачем Вы весь разговор с министром, провоцировали его на эмоциональный срыв? Вы ведь знали, что он может вспылить в любой момент! У него же были проблемы с психикой!