– А я думаю, что Вы попытались рассчитаться ретривером, ибо в показаниях своих Вы спутаны. Вчера у Вас был доступ к кабинету майора, где хранился ключ от вольера ищейки, не так ли? Вот Вы его и применили.
Техник вскочил со стула, на котором сидел:
– Конечно, нет!
– Сядьте! Нервничать не надо. Расскажите нам, как всё было, – приказал прокурор, а его голос был строг и безжалостен.
Мне тоже стало интересно послушать. Техник заговорил, стараясь сдержать дрожь в надломленном голосе:
– Я был на торжестве, когда майор кивнул мне принести фейерверк и передал ключи от кабинета. Я пошёл за коробкой, стоявшей у него под столом. Когда достал её и повернулся, за моей спиной стояло два бугая – рэкитера с того мероприятия, где я делал ставки. Они угрожали мне ножом, но денег у меня не было. Я попятился, они наступали, и тут за их спинами показался майор и прогнал их. Меня же он схватил за шкирку и заставил спуститься вниз в столовую на разговор. Там было тихо и подходяще для беседы. Он сказал, что уволит, если я не брошу, и расписку взял, – парень протянул бумагу прокурору. – Потом он скомандовал наверх идти и коробку с фейерверками спустить, чтобы запустить, а сам он хотел перекурить у здания. Я исполнил приказ, а он остался внизу. После уже, я из коридора услышал крики старшего кинолога о том, что на площадке стреляют.
– И? – прокурор нагнетающе подался торсом вперёд.
– И я бросился вниз! – отозвался техник.
Госслужащий резко задрал брови.
– Кинологи. Старший кинолог, у вас же ключи ко всем вольерам и доступ к шкафчику с лекарствами, – обратился прокурор к моему приятелю по цеху.
– И что?
– Говорят, Вы жалобу писали на начальство!
– Да какое это начальство? Одно название! Все, нанятые министерством, работают за сущие гроши! В обычных вольерах пусто, а на корме для простых ищеек ужасно экономят, как и на всём, что считается государственным и не касается бренда майора, – честно ответил кинолог.
– Вот вам и мотив! Беднота и недостаток денег. Ретривера скорее всего хотели продать и выгодно это было как технику, так и Вам.
– Да Вы с ума сошли! Я отслужил, я честный человек!
– Даже честные, будучи в оковах семьи, нуждаются в ее пропитании и идут на преступления. Вы ведь спускались вниз во время торжества.
Старший кинолог взглянул на меня и министра, встретивших его тогда на лестнице.
– Да, я спускался перекурить через 40 минут после начала праздника.
– Прекрасно подходит по времени. Итак, у нас двое подозреваемых. Техник и старший кинолог.
Я взглянула на старшего кинолога и на технаря и не поверила своим ушам. Я доверяла им, они не могли так поступить. Я не верила в это.
«Господин прокурор, ключ майора пропал из его кабинета. Обыскали всё», – донес один из его следователей.
– Он хранил его в шкафчике стола, – напряжённо заметил министр.
– А Вам это откуда известно? – спросил прокурор, при подняв брови, что уже входило в его привычку.
– Производил обыск с подозрение на нарушение регламента! – ответил чиновник.
– Нарушение регламента, министр? Нарушение регламента? – повышал прокурор голос всё выше. – В государственном центре кинологии, который в вашей юрисдикции отсутствует охрана, система безопасности, сторож, кодовые замки на воротах и здание. От государственных питомцев почти ничего не осталось, ибо были распроданы на кинологической бирже. Питание собак не соответствует нормам, уровень безопасности для собак, а также услуги кинологов, ветеринара, кухарок и прочего персонала почти у минимального уровня. Почему выписан такой низкий бюджет? И почему на территории Вашего центра кинологии совершается покушение на офицера министерства внутренних дел? Не говоря уже о попытке похищения ретривера, служащего в пограничных войсках и известного своими военными заслугами?
– Позвольте, но, можно , мы обсудим это позже, наедине?
– Поговорим здесь! Да у меня нерв не хватит отругать Вас. Я позорюсь за вашу безалаберность. Вы здесь равны, такой же подозреваемый, как и все, – внезапно заявил госслужащий, своей объективностью сильно удивив меня. – И что у вас с ногой?
– Повредил вчера при перестрелке.
– А мои источники говорят, что Вы прививку от бешенства делали!