Отвёртка молча смотрела на меня несколько секунд, а потом медленно кивнула. Я протянула ей ключ.
Приказано? Исполнить! — встала она с дивана и отправилась выполнять мое задание.
Глава 13. Под следствием
Допив на кухне чай, я предложил бывшей начальнице, действительно, лечь спать. Она не стала возражать, и мы, как и предыдущей ночью, улеглись с ней на одну кровать. Узкая и одноместная, она не была предназначена для двоих, но именно этим и сближала нас, тесно прижавшихся друг к другу. Майор повернулась ко мне лицом и положила руку мне на грудь:
– Скажи, лейтенант, а ты смог бы полюбить меня по–настоящему, если бы я была моложе? – с лёгкой неуверенностью, но крайним любопытством спросила она.
– Дело вовсе не в возрасте! Мне кажется, я и так в Вас влюблён, – неожиданно для самого себя признался я бывшей начальнице, хотя до этого старался избегать этой щекотливой темы. Возможно, ночная тишина расслабила меня и спровоцировала всплеск волнующих чувств.
– А как же твоя далёкая возлюбленная? – улыбнулась майор. – Рассказал бы о вашей встрече хоть пару слов! Я бы хоть какое–то представление имела о своей незримой конкурентке.
– Однажды на Ближнем Востоке отряд, в котором я служил, попал под обстрел. Она присутствовала там и вела репортаж с места нашего лагеря. Схватив её за руку, я бросился к танку как к спасению, и единственный путь к нему лежал через минное поле. Пробегая по той земле, мы вместе находились на грани жизни и смерти, и в этот момент нашли души и породнились.
– Так это любовь или привязанность, вызванная риском, что вы делили пополам?
– Если меня с возлюбленной соединил демон, присутствовавший там, то это одержимость, а если ангел – предназначение.
– А кто познакомил нас с тобой? – ласково гладя меня по груди, спросила бывшая начальница.
– Судьба. Она гораздо более реальна и преподносит то, что можно ощутить. Я так давно не видел и ничего не слышал о своей избраннице, что мне начинает казаться, будто она была миражом, вызванным контузией, что я получил на той войне. Вы же – настоящая.
Я потянулся к нежным губам майора и страстно их поцеловал. Заведённый прелюдией, я возжелал более глубокого продолжения и крепко прижал её к себе за талию.
– Лейтенант, по–моему, ты просто запутался, поддавшись моему повествованию, – остановила она меня, – и, знаешь, я верю в ангелов и демонов. Если они уже выбрали тебе невесту, то я не хочу оказаться второй, когда они снова вас сведут. Я устала, что мужчины причиняют мне боль, поэтому давай просто спать!
Тяжело дыша и не зная, что ответить начальнице, я пару секунд просто молчал. Она повернулась ко мне спиной и, взяв мою руку, положила её себе на живот, а я нежно прижал её к себе, и мы оба вскоре впали в сон.
Наутро меня разбудил знакомый запах выпечки и ароматного кофе, тянувшийся с кухни. Я улыбнулся и, сев на край кровати, затянул самокрутку – последнюю хранившуюся в пачке, лежавшей на тумбочке.
На пороге спальни появилась майор:
«Доброе утро! Завтрак готов! Заканчивай курить и давай к столу, пока блины горячие и кофе свежий!»
Широко улыбаясь её заботе и женскому вниманию, которое доселе я получал лишь от матери, я затушил сигарету и, натянув штаны и рубашку, отправился на кухню.
– И всё–таки я женюсь на Вас! – С наслаждением уплетал я вкусный завтрак. – Уведу у супруга и замуж возьму! Он всё равно Вас не ценит!
Бывшая начальница громко рассмеялась:
– Лучше слушай историю дальше!
Отвёртки не было уже несколько часов. Я ждала её в доме майора, сидя в гостиной в его любимом кресле. Оглядываясь по комнатам, я вспоминала, как мы жили вместе. Мои воспоминания были и хорошими, и плохими, и просто нейтральными, но я тонула во всех них, теряя связь с реальностью и возвращаясь чуть ли не физически в те ситуации, которые мы с мужем пережили. Одним из самых страшных кошмаров, пришедших мне на ум, была та ночь, когда он побил меня на нашей постели. За этими мыслями пришли воспоминания о его измене с Отвёрткой, о моей свекрови, тюрьме, домашней работе, которая должна была быть выполнена идеально. «Нет, здесь я точно не останусь жить! Буду искать что–то своё, как и планировала!», – решительно сказала я вслух и постаралась больше не глядеть по сторонам, а всматриваться в голубизну небес, которые мне было видно из окна.