– Предельно! – заулыбался супруг, счастливый, что вернул себе должность начальника, как и планировал это сделать.
– Всего хорошего!
Мужчина в очках откланялся, а муж ещё раз отдал ему честь.
– Я тебя поздравляю, любимый! – сказала я супругу.
Он изменился в лице, глядя на меня, и всё ещё будучи недовольным мной, продолжил наш серьезный разговор. Я уже говорила, лейтенант, но когда муж отчитывал меня, внутри всё сжималось и холодело. Я чувствовала себя маленькой девочкой, которую бранит отец, и этот страх быть отруганный им, сковывал моё сознание, язык и тело. Я не могла найти слов оправданий и обычно просто молчала, понурив голову, и пытаясь успокоить сердцебиение вызванное паникой от его строгого поучительного тона.
– Мы сделаем вот что: ты возглавишь мой бренд, а я буду управлять им через тебя. Будешь слушаться каждого моего слова и никакой самодеятельности. Ты поняла?
Я кивнула, в душе осчастливленная новостью.
– Переедешь снова ко мне и будешь мне прилежной женой и примерной хозяйкой дома! Учиться, работать и поддерживать репутацию нашей семьи! Ты же слышала, что он сказал: репутация – это всё для офицера, а я не раз тебе об этом говорил! Ты же подрываешь мою честь, не слушаясь меня и флиртуя с кем попало! Сейчас на карту поставлена моя позиция начальника кинологического центра, и я надеюсь, ты помнишь, что бывает, когда её занимает кто–то другой. От этого зависит и твоя роль руководителя бренда. Пусть управлять им буду по–прежнему я, но в твоём резюме это отличная отметка.
– Я сделаю всё, что ты скажешь! Не только ради центра кинологии, но и потому что благодарна тебе за всё, что ты для меня делаешь. И мне очень стыдно, что снова подвела тебя, – и искренне, и задабривая мужа, сказала я.
– Ослушаешься меня ещё раз – шкуру спущу! Я думаю, ты прекрасно помнишь мой ремень. Всю дурь своенравную из тебя выбью. Будешь так визжать, что весь район узнает, что я тебя порю. И никто тебе не поможет, и никто меня не обвинит, потому что благодаря министровым репортёрам, всем прекрасно известно, что ты стоишь во главе нашего любовного треугольника. Твоя порядочность давно канула в лету, и жалеть тебя, порочную, никто не станет! Глупая девчонка! Правильно мать моя говорила, что ты мне в дочки годишься, и проблем от тебя столько же, сколько от детей и бывает!
– Зачем ты пугаешь меня? – свела я брови в испуге. – Мне и так страшно!
– Потому что, как показала практика, слов ты не понимаешь!
Расстроенная словами мужа, я закрыла ладонями лицо и приготовилась снова реветь, но он притянул меня к себе за кисть руки, и крепко поцеловал в макушку:
– Ну, всё, всё! Я тоже палку перегнул! Просто перенервничал за тебя, дурную!
– Я же всё поняла, – тихо ответила я. – Ты только не злись!
– Уже не злюсь. А ты исполняй приказ, и начни с переезда! – отпустил он меня из объятий и улыбнулся лучику солнца, попавшему на его постель.
Глава 15. От мрака к свету
Прошло четыре долгих года. За это время многое успело поменяться, а что–то, напротив, не поменялось совсем. Мой муж поднял центр кинологии с колен, и теперь это было одно из самых престижных и элитных учреждений, в котором служебные лица могли тренировать, арендовать и покупать лучших собак разных пород. У нас появились и овчарки, и лабрадоры, и малинуа, и ротвейлеры, и доберманы – не родословные и без наград, обычные, но ставшие лучшими из лучших. Все они тренировались под надзором специалистов и нашего старшего кинолога, чья зарплата теперь была приемлемой и справедливой. Мой муж не скупился на талантливый и трудолюбивый персонал и за это сотрудники уважали его. Нашими клиентами были разные госслужащие от полиции и армии до спасателей и таможенников. К тому же в центр часто приводили студентов и молодых ребят из военного городка, готовившихся стать кинологами. Лучших ищеек, показавших отвагу на службе и успехи на тренировочном поле, майор переводил в свой бренд, который по–прежнему славился отборными питомцами с родословной, медалями и заслугами перед отечеством. Девочка–доберман заняла одно из призовых мест на выставке, к которой мы готовились до корпоратива, и теперь заслуженно находилась в бренде, как и Лесси, не раз сослужившая отличную службу в таможне. Теперь она жила при центре кинологии, ведь муж не разрешал держать животных дома. По документам брендом управляла я, но по факту супруг успевал вести дела и в государственном, и в частном секторе центра. Зато я многому научилась за эти годы, вникая во всё, что он делал, и наблюдая, как он решал финансовые, административные и бытовые вопросы. Супруг учил меня всему, что сам умел, и брал с собой на конференции, переговоры и заключение договоров. За восстановление центра кинологии, который теперь служил государству, предоставляя лучших служебных собак, а также позволил сократить госрасходы, связанные с практическими занятиями военнослужащих, моему мужу присвоили звание подполковника МВД. Я же, закончив академию с отличием, получила звание лейтенанта министерства внутренних дел.