– А как Вам жилось с супругом? – перебил я бывшую начальницу, дабы меня сильно интересовал этот личный вопрос.
– Мой муж стал гораздо терпимее ко мне и менее требователен к идеальному порядку в доме. Он понимал, что являясь руководителем бренда, я исполняю его многочисленные приказы и указания, а потому времени на дом мне не всегда хватает. Это вовсе не значило, что я перестала выполнять свои женские обязанности, просто супруг не придирался ко мне по мелочам и не делал замечания, если уборка или стирка откладывались на другой день. Мы редко ссорились и в основном всё время находились на рабочем месте. Нас с мужем объединяло одно: интерес и преданность семейному бизнесу.
Ещё четыре года назад, выйдя из госпиталя, мой супруг взялся за безопасность кинологического центра. Для этого он вызвал бригаду мастеров, специализирующуюся на ограждениях, системах безопасности, и кодовых замках.
– Слушайте внимательно, парни, – командовал он, – нам нужна крепкая железная изгородь – полноценная защита от тех, кто может сунуться сюда не по делу. Прут – стальной, как минимум 18 мм в диаметре и шаг между прутьями не шире 10 см, чтобы никто не смог пролезть. Высота – 3 метра, а сверху дополнительно натяните ряд армированной колючки, как на режимных объектах.
Ворота должны быть раздвижные, с калиткой. На калитку поставьте кодовый замок – механический, чтобы не зависеть от электричества. Снаружи механизм не должно быть видно, чтобы его не выломали монтировкой, поэтому вварите его в полотно калитки.
Периметр осветите, и поставьте датчики движения на ключевых точках. Камеры я сам установлю. Даю вам срок в неделю, но если справитесь быстрее без потери качества – получите сверху. Всё ясно?
– Будет сделано, майор! – ответил бригадир и свистнул своим подчинённым в знак начала работы.
Бригадир был бывшим военным, привыкшим чётко выполнять задачи без лишних вопросов. С ним сотрудничали двое сварщиков с опытом работы на промышленных объектах. Суровые, но толковые, судя по тому, что они быстро оценили размах своей задачи, тотчас принесли необходимые инструменты и без суеты взялись за дело, обсуждая между собой толщину металла и схему монтажа, словно собирали бронированный бастион.
Я стояла рядом с мужем и наблюдала за рабочим процессом, заинтересованная во всём, что происходило подле меня.
– Не перебарщиваешь ли ты с защитой? Кроме тебя на центр покушаться некому! – подколола я супруга.
– Милая, уверен, что комиссия генпрокурора ещё не раз навестит нас, и когда это произойдёт, я хочу встретить их с гордо поднятой головой, ведь под моим начальством питомцам обеспечена безопасность и необходимый уход, а персоналу – корректная зарплата и комфортные условия работы. Пока что на это выделяется приличный бюджет, и я должен оправдать надежды и веру в меня прокурора.
Я улыбнулась мужу, посчитав его ответ более, чем удовлетворительным.
– Майор, с Вами можно поговорить? – подбежал к нам юный техник.
– Я слушаю! – поправил супруг свою фуражку и, подтянувшись, завёл руки за спину.
– Я благодарен Вам за то, что Вы не выдали меня прокурору, не сказали, что это я помог Вам нанять тех личностей, которые ретривера должны были вывезти.
– Работай и радуйся свободе и жизни без ставок и грёз о лёгких деньгах.