Я мельком взглянула на супруга, боясь его реакции на сказанное Бугаем. Он сделал шаг вперёд и одним рывком выхватил трубку из моей руки.
– Слушай сюда, падаль! Если ты считаешь, что можешь «подъезжать» к моей жене при живом мне, то сильно заблуждаешься! Я из тебя всю душу вытрясу, если посмеешь приблизиться к ней! С министром снюхался? Такой же швалью, как ты? Отлично! Я заместителю генпрокурора наберу, с которым мы устав и составляли, и поведаю ему о том, как вы из личных побуждений, систему подорвать хотите. Тебе не то, что акции, – штраф с небом в клеточку достанется. Ты понял меня?
Я услышала, как на том конце провода Бугай хохотнул.
– Да, подполковник, мужчиной Вы так и не стали! Как и прежде, решаете всё через других статусных дядей.
– Морду тебе я тоже начищу, за это не переживай.
– Да Бог с ним с уставом, но как Вы этому мужику из прокуратуры аргументируете своё нежелание продать акции моей будущей жене? Министр объяснил, что у Вас нет ни единого основания отказывать ей в покупке ценных бумаг. Так что я всё равно сяду в кресло акционера и выживу Вас с должности начальника или учреждение Ваше уничтожу, а после трахну Ваши милую жену… как только захочется, а, может, и групповушку с министром затеем, – раздался ещё один смешок, взорвавший подполковника и, покрасневший от ярости, он с силой швырнул телефон о стену. Пластиковый корпус треснул, и аппарат жалобно затрещал, а эхо разлетелось по всей комнате. Испугавшись, я горько сглотнула, не зная, как себя вести и очень боясь последующих действий своего супруга. Он повернулся ко мне, тяжело и прерывисто дыша.
– Ты довольна? Теперь двое твоих любовников против меня одного!
– Я… я…, – не могла я найти слов от волнения.
Муж смотрел на меня так, словно пытался сдержаться из последних сил.
– Что, нечего сказать? – повысил он тон. – Сначала трахалась с одним, который мне теперь проблемы создаёт, потом с другим, чуть не убившим тебя, а я должен с этим жить?!
Я вздрогнула, его слова ударили по мне больнее, чем пощёчина.
– Я не спала с Бугаем, я же говорила! – выдавила я тихим голосом, зажавшись в угол у стены.
–А он, похоже, уверен в обратном. Я слышал, как он с тобой анальный секс обсуждал, вагинальный у вас уже, видимо, был. Судя по тону, он считает, что ты его. И министр тоже считает тебя своей. Ты принадлежишь всем, кроме меня! Жаль Пехотинец помер, ещё и он бы присоединился к банде твоих бывших любовников. Жена – шалава! – всё сильнее злился муж.
Я задышала чаще, чувствуя, как в груди поднимается бурная волна обиды, и слёзы сами накатывают на глаза.
– Думаешь, мне это приятно? – открылась я мужу. – Думаешь, мне не омерзительно слышать, в каком тоне этот ублюдок разговаривает со мной? Как он кичится тем, чего никогда не было и не будет!
Подполковник ничего не ответил, и мне пришлось набраться смелости и предложить ему свою идею.
– Послушай, – я осторожно шагнула к нему, – я открою тебе свой план по устранению Бугая из наших жизней.
Брови подполковника дёрнулись, но он по–прежнему молчал.
– Я выведу его на признание в том, что он вступает в брак с твоей бывшей женой не из–за чувств, а ради власти, денег и акций; что он хочет навердить тебе, и заполучить меня. Это и есть его настоящая цель – я, – была его мечтой и остаюсь ею! А ты приведёшь свою бывшую супругу подслушать этот разговор. Она убедится в лживой натуре своего жениха и расторгнет помолвку.
– Я сейчас тебе по шее дам за то, о чём мечтает этот подонок и за план, в котором пострадают чувства моей бывшей жены! Опять, как и с Отвёрткой, сердце разбить человеку хочешь? Я, может, с ней и не в лучших отношениях, но против того, чтобы ты причиняла ей душевную боль.
– Будет лучше, если ей сердце Бугай разобьёт? Да ты и сам убеждал её сегодня, что он с ней из соображений выгоды, а не по искренней любви, и делал это не в самой мягкой манере!
Супруг задумался.
– Я не хочу, чтобы ты вела с ним разговоры о личном. Мне это претит, как мужчине! – чуть успокоившимся тоном, молвил он.
– Милый, у нас с тобой нет иного выхода. Тебе действительно не объяснить заместителю генпрокурора, по какой причине ты отказываешь бывшей супруге в приобретении акций, – не побоявшись, взялась я ладонями за его щёки.