Долган вытащил нарту. Ни юколы, ни мяса, ни других продуктов, с какими путники отправляются в дорогу, не было. Рядом валялись порванные в клочья теплые вещи: меховые брюки-канайты, кухлянка, кукуль. Тут же охотник нашел маленький походный топорик, чайник и кастрюлю. Потом вытащил из-под снега ружье. Путнику не удалось использовать его. В обоих стволах заряжены патроны.
Больше часа Долган ковырял снег. Странно было то, что он не обнаружил следов самого человека. Кровавые куски снега еще ничего не говорили. Кровь могла быть и убитых собак.
«Словно сквозь землю провалился, — размышлял охотник, — не мог же медведь съесть его без остатка. А может, унес?» Надежда на то, что найдутся хотя бы останки путника, удерживала Долгана. Он по-прежнему разгребал палкой и руками снег. Однако, не найдя больше ничего, решил возвращаться домой. Сложив найденные вещи на нарту, он привязал к ней ремень и, перекинув через плечо, хотел было идти, но неожиданно остановился. В десяти шагах от куста из-под снега, еле заметный, торчал кусок брезента. Долган подошел, потянул за край, но брезент пристыл, не поддавался. «Палатка! — Дернул сильнее и вытащил мешок. — Мясо или юкола, — подумал, — все пригодится. Кормить собак же надо», — бросил его на нарту.
Сделал еще один круг, внимательно осматривая все подозрительное. Когда стал возвращаться к нарте, нога его неожиданно провалилась в снег. И тут он увидел валенок. Подцепил его ногой и вскрикнул от боли. Валенок был тяжелый, будто камень. Из него торчала человеческая нога.
Надо было быстрее уходить от этого страшного места. Где-то поблизости мог быть «хозяин» тундры, а коряк совсем не хотел с ним встречаться.
К вечеру стало холодно, и Сергеев чаще вскакивал с нарты и бежал следом — грелся. Солнце, огромное и холодное, наполовину зависло за сопку и слепило ярко-оранжевым светом путникам глаза. Аретагин все чаще взмахивал остолом на уставших собак, которые все чаще стали переходить на шаг, хватать зубами снег, уже хрипели, а не лаяли. «Устали бедняжки, — думал лейтенант, глядя на собак, — но ничего, уже скоро приедем, тогда отдохнем».
Но избушки Долгана не было.
— А ты мимо не проехал? — спросил он нетерпеливо у каюра. — Смотри, вон следы нарты. Может, Долган или Самсонов проехал?
— У Долгана нет нарты, — сказал Аретагин, притормаживая собак и разглядывая следы. — Скорее всего охотник ездил, Опарин. Видите, в обратную сторону поехал. А избушка Долгана вот-вот покажется.
Они ехали еще часа полтора, когда Сергеев увидел слабый дымок, поднимающийся из-за зеленых кустов кедрача.
— Наконец-то, — лейтенант толкнул Аретагина. — Дома Вася. Ух как напьемся чаю!
— Хорошо чайку с дороги выпить, — оживился каюр. Весело крикнул на собак, и те, почуяв запах дыма и уловив в голосе хозяина радость, ускорили бег.
Но едва нарта выехала из-за кустов, как Сергеев увидел курящееся пятно пожарища. Снег вокруг растаял и осел, и пепелище было видно издали. Несколько головней все еще дымили, источая едкий запах гари. Аретагин остановил нарту, и Сергеев первым спрыгнул на снег. Он в задумчивости глядел на дымящиеся головни, что остались от избушки охотника. Рядом безмолвствовал Аретагин.
— Выходит, сгорел, — наконец нарушил молчание каюр и горестно покачал головой.
— Кто сгорел?
— Долган сгорел, видите, карабин валяется, — Аретагин кивнул на охотничий карабин Долгана.
Лейтенант и сам видел. Он, осторожно ступая на грязный пепел, поднял металлические части, что остались от карабина.
— А вот и топор, — сказал Аретагин. Он нашел длинную палку и ковырял ею в пепле.
— Как же так? — Сергеев рассмотрел карабин и не мог согласиться с Аретагином. — Не мог Вася сгореть.
— А вот кастрюля, канистра, — Аретагин выковыривал из пепла немудреные железные вещи охотника и выбрасывал их на снег.
Лейтенант взял канистру и покачал головой. Она была разорвана по шву мощным взрывом. «Бензин, видно, был, — подумал с горечью Сергеев. — Встретились, чай попили… Надо же так…»
— Как ты думаешь, почему мог случиться пожар? — спросил он.
Аретагин только плечами пожал.
— А может, Долгана дома не было?
— Без ружья охотник не ходит в тундру. Наверное, бензином печку разжигал, разлил на пол. Лег отдохнуть, заснул. А печка углями стреляет… Рядом канистра с бензином, — высказал свои догадки Аретагин.