— Когда вы будете звонить Музе? — спросил оп Нину.
Девушка посмотрела на часы.
— Сейчас половина первого. А звонить я ей должна от часа до двух.
— Отлично. Едем.
— Куда? — испуганно спросила Нина.
Денисов виновато улыбнулся. Он и в самом деле произнес это слишком уж решительно, словно приказ отдал.
— Не бойтесь, — сказал он уже совсем другим тоном. — Просто мы сейчас заедем ко мне на работу. На одну минуту, хорошо? Очень вас прошу. Надо посоветоваться с товарищами. Ах, да! Дело в том, что я работаю… — он секунду помедлил, — в уголовном розыске…
Кузьмич был на месте.
— Значит, так, — сказал он Денисову, когда они остались на минуту одни. — Группа следует за вами. На машинах. Твоя задача не входить в ту квартиру, а выманить их из нее. Или в крайнем случае выйти вместе с Чумой. Ты меня понял?
— Понял, Федор Кузьмич. И когда он будет рядом, я…
— Дальше действуйте по обстановке. Но сигнал даешь ты.
…До площади Маяковского их довезли на машине. Дальше Нина и Денисов не торопясь пересекли площадь, миновали памятник и подошли ко входу в метро, рядом с массивными квадратными колоннами концертного зала.
— Вот и Муза! — воскликнула Нина.
Денисов сразу узнал девушку. Она была удивительно похожа на мать, только выше, и краски на смуглом лице были ярче, а походка легче и порывистей. А Муза уже подошла к ним в своей вызывающе красивой дубленке, пушистой огромной шапке и изящных сапожках, вся словно сошедшая со страницы журнала мод, оживленная, улыбающаяся, сознавая, что привлекает внимание, и радуясь этому. Она увидела Нину, обняла ее.
— А я не одна, — сказала Нина, — Знакомьтесь.
Муза быстро оглянулась на Денисова и погрозила пальчиком подруге.
— Ой, Нинок! Это твой друг? Ой, я не верю!
— Почему же? — улыбаясь, спросил Денисов. — Разве у вас нет друга?
— Нет, это я от неожиданности, — рассмеялась Муза. — Чтобы эта скромница… и вдруг… Имейте в виду, вам очень повезло.
— Тогда давайте это отметим, — предложил Валя. — Дело в том, что я имею некоторое отношение к Москонцерту, Нина знает. — Для убедительности он достал из кармана какую-то книжечку и помахал ею. — Так вот, сейчас в Москве начинает гастроли мировой славы негритянский ансамбль. Знаете, надеюсь?
— Еще бы! — азартно воскликнула Муза. — Это неслыханное событие. За билетами сутками стоят.
— Все правильно, — подтвердил Валя. — Так вот, завтра у них первый концерт.
— Ой, завтра мы уже уезжаем, — горестно сообщила Муза.
— Нет, я вас хочу пригласить сегодня, — сказал Валя. — В четыре часа у них генеральная репетиция. Хотите?
— Валечка, — Муза взволнованно погрозила ему пальчиком. — А вы не шутите? С ума сойти!
— Так вы не возражаете?
— Ну еще бы! А мы пойдем…
— Вчетвером. Если у вас есть друг, конечно. Есть, надеюсь?
— Допустим, — лукаво улыбнулась Муза.
— Тогда поторопимся. У нас всего час пятнадцать. Погодите! Вон такси. Момент!
Валя сорвался с места. Девушки, улыбаясь, следили за ним.
Спустя минуту они уже садились в машину.
— Куда ехать? — оглянулся Валя.
— К Белорусскому. На Лесную, — ответила Муза. — Там я покажу.
— Поехали, — распорядился Валя и добавил, обращаясь к водителю: — Только не спешите, ради бога. Время у нас есть.
Машина медленно свернула на улицу Горького. Развернувшись возле Центрального телеграфа, она двинулась в сторону Белорусского вокзала. Денисов изредка поглядывал на заднее стекло, перебрасываясь шутками с девушками. Впрочем, Нина больше помалкивала, с напряженной улыбкой следя за болтовней подруги.
Когда машина, следуя указаниям Музы, наконец остановилась в одном из тихих переулков недалеко от Лесной улицы, Валя, помогая девушкам выйти, сказал Музе:
— Мы с Ниной заходить не будем. Подождем вас здесь. Чтобы шеф не нервничал. Хорошо?
— Вы подождете, а Ниночка пойдет со мной, — распорядилась Муза и, сияя, добавила: — Вы просто волшебник. Мне же никто не поверит!