...Это было подобие домашнего ареста с тем лишь отличием, что узник мог в любую минуту покинуть свое узилище. Но его не торопили, приносили пищу, давали возможность сделать научное описание коллекции, зарисовать находки. Однако очень неохотно отвечали на вопросы. Но Меллаарт уже о многом догадался сам — так знаток по голосу определяет редкую породу птицы, даже если он ее не видел никогда. Все вещи были взяты из какого-то неизвестного могильника, в котором были погребены правитель и его жена, включая и любимую собаку царской четы. Кроме того, речь шла о развитой земледельческой державе, о городах с ремесленниками и купцами, со сложившейся культурной и исторической традицией — каким совершенством обладали произведения древних мастеров! Но где место этой культуры на исторической карте мира? Это не греки, не египтяне, не хетты, хотя есть и сходные черты... «И впрямь нераскопанная Троя! — с восторгом подумал Меллаарт. — Но где искать? В Анатолии открыта едва лишь сотая часть того, что скрывает эта древняя земля...»
Из очень тонких и осторожных расспросов ученый уяснил, что находка сделана в местности Дорак, где-то на берегу Мраморного моря. Вероятно, именно здесь существовала «нераскопанная Троя» — какое-то загадочное, весьма развитое государство, достигшее расцвета в начале III тысячелетия до новой эры, торговавшее с соседними городами Малой Азии, Египтом, Критом... Прошла неделя полудобровольного заточения Меллаарта. Ночью профессора бесцеремонно выводят на темную улицу, сажают в такси и оставляют одного. Спектакль закончен: в последний вечер с записок Меллаарта была сделана копия, с его слов зафиксированы данные о примерной стоимости таинственных сокровищ, о примерной хронологии находок...
А затем в прессе замелькали слова «провокация», «ловушка», «гангстеры», «разбазаривание исторических реликвий», «судьба сокровищ царей из Дорака» и т. п. «Режиссер» спектакля мог радоваться: таинственность всего случившегося, нервный тон прессы, оттенок криминального романа в комментариях журналистов — все это стало превосходной рекламой. Почва для соответствующей распродажи была подготовлена... А последний, заключительный акт спектакля разыгрался спустя десять лет после «открытия»: на «черном рынке» в США вдруг появились следы золотых вещей, описанных Меллаартом. Продавцы скрылись за вереницей подставных лиц, покупатели проявляли тоже известную осторожность — боясь подделки вещей из скандальной коллекции, они обратились к экспертам. «Им около 45 веков», — заключили специалисты после ряда специальных физико-химических анализов... Сделка состоялась, и сокровища уплыли в неизвестном направлении — за прошедшие годы их цена возросла примерно в десять раз. При этом оценщики ссылались на авторитет Меллаарта, у которого грабителям удалось таким криминальным путем получить экспертизу. Мсье Гобе был прав, говоря о специалистах, к услугам которых прибегают антикварные дельцы — любым способом, какой окажется удобнее.
ЗА ЗОЛОТОМ НА ДНО
«Золото бессмертно, как птица Феникс, и человеку невозможно избавиться от его власти, кроме как разве что бросить на дно моря», — говорили мы в первой части нашего рассказа о «грабителях могил». Однако так ли это? Опустимся вслед за золотом на морское дно.
...В миле от острова Большая Багама, вблизи полуострова Флориды, по соседству со страной, ныне оптом и в розницу скупающей сокровища древности, аквалангисты поисковой группы обнаружили под водой старинный испанский галион. Это было одно из тех судов, на которых испанские конкистадоры вывозили награбленные сокровища с Американского материка. На затонувшем корабле находилось золота и серебра на сумму в 20 миллионов долларов. Весть о знаменитой и столь богатой находке сразу же попала на страницы американской печати...
И вот чары Желтого дьявола начали действовать. Золото, награбленное одними хищниками и пролежавшее в воде более четырехсот лет, не потеряло своего блеска, и он привлек стаю других, сегодняшних, хищников. Избавиться от власти золота, даже брошенного на дно моря, им не удалось.
Во время одного из очередных спусков под воду аквалангисты поисковой группы нос к носу столкнулись с... гангстерами. Последние тоже были в аквалангах и не хуже водолазов владели кортиками, на сей раз предназначенными отнюдь не для того, чтобы вспарывать брюхо акулам или сражаться с барракудами. Потомки «джентльменов удачи» сразу же пошли на абордаж испанского галиона и попытались сорвать с аквалангистов-первооткрывателей маски и отогнать их от судна, начиненного деньгами. Первооткрыватели оказались не из робкого десятка, они стоили своих кровожадных соперников. Под водой началась битва на кортиках — традиционном оружии ближнего боя у пиратов. Исход ее решился, когда один из аквалангистов, защищая сокровища, «призвал» на помощь... акул. Вынырнув на поверхность, он набросал в море, где лежало судно, протухшей рыбы, оставшейся с вечера. Победителями оказались акулы, приплывшие на запах. Ловцы испанского золота еле унесли ноги — их подобрал полицейский катер, вызванный с берега на подмогу...
Сегодня благодаря аквалангу появился уже новый тип археологов — людей, которые чувствуют себя в равной степени уверенно как на суше, так и в воде. В мрачных глубинах священных колодцев Центральной Америки они находят кремневые ножи, которыми вскрывали грудь у жертв богу Солнца, глиняную посуду, фигурки идолов, бронзовые колокольчики, редкие украшения и драгоценности девушек, бросаемых в священные колодцы. В озерах Южной Африки они разыскивают реликвии доисторических эпох, в пещерах Англии, Франции, Италии, затопленных морем, они находят дохристианские реликвии и древнейшие в мире наскальные фрески. Однако самые богатые сокровища лежат на дне Средиземного моря — на его берегах с незапамятных времен селились египтяне, пеласгийцы, карийцы, этруски, финикийцы, греки и римляне, а их корабли на протяжении многих тысячелетий, может быть, с позднего неолита и ранней бронзы, бороздили воды Средиземного моря и находили в нем свою последнюю гавань, свой посмертный приют. Но вот сообщение газеты «Фигаро», которое несколько охладит нашу уверенность в светлом завтрашнем дне подводной археологии, вернее, в результатах подводных исследований.
...Солнце медленно садится в воды Коринфского залива. На волне покачиваются две яхты. К той, что ближе к берегу, подходит полицейский катер. Это «Гёрл пэт», бросившая якорь под сенью британского флага. «Кто вы?» — следует традиционный вопрос пограничной стражи. Молчание. Полицейские поднимаются на борт. На «Девчушке» — пятнадцать человек: французы, испанцы. Кроме того, три амфоры, множество обломков, имеющих археологическую ценность, и... снаряжение для подводного плавания. Пока идет разбирательство на первой яхте, вторая — «Джабула» быстро снимается с якоря. Ее начинают преследовать, по рации с берега вызывают вертолет, но наступает ночь. Наутро следующего дня «Джабулу» обнаруживают в бухточке близ Эгиона, яхта принадлежит англичанину — миллионеру Дэвису, на ней жена, сын и дочь Дэвиса. Полиции приходится брать «Джабулу» на абордаж — семья отчаянно сопротивляется и бьет полицейских, когда те пытаются взойти на борт судна. В конце концов экипаж приводят в порт и судят в Амфиссе, приговаривая к тюремному заключению за кражу археологических ценностей, за нападение на пограничников...
Через несколько дней после этого греческий пост обращает внимание на необычные маневры яхты «Вигамо», пытающейся ночью подойти к мысу Сунион. При приближений полицейских она исчезает во мраке, однако пассажиры грузовичка, которые, казалось, ждали встречи с яхтой, задержаны. Утром заставили «сдаться» и яхтсменов. Ими оказались два француза-аквалангиста, а на борту «Вигамо» были припрятаны амфоры. Одним словом, подводные грабители не редкость у берегов Греции. А во Франции? Множество «охотников за амфорами» безнаказанно орудует между Тулоном и Пор-Бу, как и-у берегов Эллады.