— Мирзоалиев, — представился майору шофер, половину лица которого скрывали синие очки. — Мы от Ульфатова.
— Спасибо, — сказал Чиляев. — Сейчас поедем. Грузовики сверкали свежей краской. В кузовах были установлены скамейки.
Спустя некоторое время из Зангора двинулась необычная колонна. За милицейским «газиком» цепочкой вытянулись сельповские машины с дружинниками и учащимися ремесленного училища. Замыкала колонну пожарная машина с полным боевым расчетом.
Миновав мост с недостроенными перилами, колонна потянулась в горы.
В ущелье Каллаканд распоряжался майор Чиляев. Дианинов и следователь прокуратуры наблюдали, как он с офицерами своего отдела разбивал, ущелье на квадраты и расставлял людей.
Мирзоалиев и другие шоферы сосредоточенно следили за работой пожарных, которые откачивали воду на затопленных участках.
Первыми отличились ремесленники. Метрах в пятидесяти от того самого, похожего на могильную плиту камня они обнаружили женскую туфлю с оторванным каблуком. Другая туфля была найдена дружинниками после того, как на помощь к ним пришли помпы.
— Убили? — спросил Мирзоалиев.
— А вы что побледнели? — заметил Чиляев.
— Да я тут паренька одного не взял, — смешался водитель. — В милицию торопился, а я не поверил.
Щупальца металлоискателей выловили колпачок от автомобильного баллона, металлическую оправу от очков, пробки от пивных бутылок.
В глубине ущелья неожиданно обнаружили затерявшийся среди кустов обрывок газеты. Судя по сгибам, он служил чехлом для ножа.
Специальное задание выполнял Саидов. Окапывая стоки дождевых вод, метрах в полутора от захоронения трупа, на глубине 20—25 сантиметров он вдруг обнаружил слежавшиеся бурые комья.
— Немедленно отправьте на экспертизу! — приказал Дианинов.
В гостинице полковника ждала телеграмма. Он читал и радостно улыбался.
— Что случилось? — спросил Саидов.
— Да вот, понимаете, звание присвоили.
— Поздравляю. Какое?
— Дед!
— Прекрасное звание. Надо отметить.
— Я не против, — сказал Дианинов.
Поздно вечером позвонил майор Колчин:
— Товарищ полковник, у вас нет желания еще раз поужинать?
— А что произошло?
— Могу познакомить с Пирмухамедрвым. Он только что прибыл в Зангор. Остановился в нашей гостинице.
— Хорошо, — сказал Дианинов. — Я сейчас спущусь.
В ресторане были свободные места, и они облюбовали столик рядом с журналистом. Он сидел один. Без аппетита ел шашлык. На вид лет тридцать. Одет в коричневый однобортный костюм. Серая рубашка без галстука. Открытое выразительное лицо. Но его портило красное пятно величиной с ладонь. Оно захватывало щеку и часть шеи.
К столу, за который сели офицеры, подошла официантка.
— Что закажете?
Полковник сделал знак Колчину, и тот заглянул в меню.
— Щи зеленые... Суп-лапша с курицей...
— Первых блюд нет, — предупредила официантка.
— Тогда чай с лимоном.
— И это все?
— Пока все, — подтвердил Колчин.
Пирмухамедов бегло взглянул на своих соседей и подозвал официантку:
— Рассчитайте...
Колчин присел на скамью рядом с фонтаном. Отсюда хорошо просматривался вход в гостиницу.
В ресторане погасили свет.
Мимо прошли две женщины. В одной из них Колчин узнал официантку. В другой раз он будет читать меню с конца. Это ей больше понравится. Коньяк пять звездочек не лапша с курицей.
Усмехнулся, вспоминая, как впервые с рекомендацией райкома партии пришел в уголовный розыск. Дианинов придвинул тогда к нему тощую папку с заявлением:
— Для начала разберитесь с этим.
«У меня стали пропадать куры, — прочел Колчин. — Вчера опять недосчиталась несушки».
«Смеется!» — подумал он, скосившись на Дианинова. Он приготовился к схватке с матерыми преступниками, а тут...
— Что думаете по этому поводу? — спросил полковник.
Колчин молчал, все еще уверенный, что его разыгрывают.
— Так где же куры?
— В супе, наверное, — решил он пошутить.
— Очень возможно, — сказал Дианинов. — Доложите, в чьем...
Был и другой «суп». Похлестче. Дианинов включил Колчина в свою группу по ликвидации лжеартели «Ударник». В течение нескольких месяцев преступники готовили крупную валютную операцию. Дианинов блестяще вышел на след. При обыске он обратил внимание на огромную кастрюлю с супом. Из кастрюли выудили марлевый пояс с вшитыми в него монетами иностранной чеканки. Пять килограммов золота!..