Большего он сказать не успел, задохнувшись в беззвучном вопле широко открытого рта. Это скорый на расправу Рыжик резко и умело ударил кулаком под дых.
— За недочеловека, — кривляясь, пояснил он. — А это уже за ничтожество! — второй сильный удар согнул отступника пополам.
— Лис, уймись, — поморщившись, попросила Фанни, глядевшая на расправу с отвращением, — парень-то ведь пленный.
— Ха, сестренка, да я его просто поучил за грубость, — запетушился гном, — ему такая наука только на пользу пойдет.
Что хотела ответить Фанни, мы так и не услышали, ибо беспомощно согбенный угрюмец, вдруг неожиданно выпрямившись, рванул из ножен на боку Рыжика кинжал.
Звяк! — ошарашенный внезапностью, гном получил в область сердца с такой силой, что отлетел едва не в костер. Не будь под плащом добротной кольчуги, его можно было бы считать трупом.
Наша компания отреагировала на вышедшие из-под контроля события довольно слаженно. Карл с Фанни метнулись к товарищам взбунтовавшегося угрюмца и пинками ног заставили лечь на живот. Бегство пленных на все четыре стороны в наши планы не входило.
Тем временем угрюмец со всех ног мчался к ближайшим зарослям шиповника. Вдогон ему полетели моя звездочка и широкий Джонов нож. А что было делать: дать ускользнуть в ночной тьме? Беглец споткнулся, будто перецепившись о что-то невидимое, даже припал на одно колено, но опять вскочил. За проявленную опасную прыть я угостил его для верности еще двумя серебристо блеснувшими в лунном свете гостинцами. Он упал наземь, едва не плашмя, скребя землю ногтями и все еще зажатым в правой руке кинжалом. Подскочив первым, я предусмотрительно выбил оружие подальше. Отставший всего на полшага Джон застыл рядом с поднятой вверх булавой. Сзади неслышно подошел Сен, склонился над бьющимся в конвульсиях телом.
— Не жилец, — с сожалением констатировал он спустя несколько секунд. — В данном случае бессильна даже Магия.
Подтверждая слова монаха, угрюмец вытянулся по весь рост и затих. Следом за янитом пришкандыбал злой, словно черт, Рыжик, усиленно массирующий зашибленную своей же сталью грудь.
— Ох, и звезданул же меня этот подлючий гад, — пожаловался он нам, явно рассчитывая на сочувствие. — О-ох, сердце бедное аж заходится от боли! О-ох, как бы, боюсь, не остановил ось!
— Да ты же, стервец, сам спровоцировал весь происшедший бардак, — не удержавшись, откровенно высказался Джон. — Оскорблениями сыпал, руки распускал. Неужели теперь тебе самому не противно, а, Фин-Дари Огненный? Ведь по твоей вине поре шили человека, с которым только что ели-пили у одного костра!
— Ах, какие мы праведные, какие мы славные детки! — возмущенно закудахтал гном. — Джонни, старый дружок, уж не решил ли ты удариться в религию? Но и тогда непонятно, с какой стати тебе жалеть врагов, а на соратников плевать?
— Заглохни, болтун несчастный, — строго одернул я его, — Джон прав на все сто процентов. Нехорошо вышло.
— Куда уж хуже, — согласился и монах, закрывая мертвецу глаза, — но теперь поздно сожалеть, ибо сделанного назад не воротишь. Увы…
— Не хотел я ему смерти, — как-то враз сник Рыжик, — само собой все вышло. Слово за слово… Ну и… Да вы-то рядом находились, че, блин, не остановили?
— Да надоело просто тебя на каждом шагу вразумлять, — безнадежно признал я. — Взрослый гном, с бородой, известный ветеран Границы, а ведешь себя порой будто злой, сопливый мальчишка. Э, да что говорить!
Совершенно без настроения мы вернулись к разгоревшемуся с новой силой костру. Хорошо освещенные испуганные пленники были уже вновь надежно связаны. Фанни смерила переминающегося возле нее Рыжика тяжелым взглядом с головы до ног, но не промолвила ничего. Гном сник еще больше.
— Пожалуй, пора на боковую, — предложил, притворно зевая, Джон, — давайте только договоримся, кто первый будет сторожить наших клиентов.
— Могу я, — вызвался Карл.
Немца сменяла Фанни, а за ней по очереди все остальные члены компании. Улегшись в туго натянутой палатке, я долго пытался уснуть, вслушиваясь в гудение плотного брезента, сопротивляющегося дуновению холодного северного ветра. С разных сторон леска, ухая и хохоча, перекликались совы, обсуждая свои птичьи проблемы. Где-то далеко тоскливо завыл волк, ему ответил дружный хор стаи. Серые разбойники вышли на охоту, проголодавшись после долгого дня отдыха. Ворочаясь с боку на бок, я никак не мог выкинуть из головы гибель отступника, еще совсем молодого парня. Странно, но раньше я даже не задумывался о подобных вещах. Враги убивали нас, мы убивали их. Круговерть…