Потом губернатор щурился от облака туалетной воды, которой брызгал из пульверизатора брадобрей, причесывался, гляделся в зеркало, а когда все было закончено, он одним движением вымахнул из кресла и легко, вкрадчиво, мягко прошелся по кабинету, сунув руки в карманы широких отглаженных брюк. Я уже не раз удивлялся, до чего быстро двигаются иные грузные люди и животные — например, как скор медведь! Да и губернатор тоже, видать, не увалень, каким кажется. Нет, совсем не увалень!
— Вот что я могу ответить тебе, малыш, — проникновенно начал он, поскрипывая рыхлым сереньким паласом. — Говорю с тобой не как частное лицо, а уже как губернатор! Первое, — его толстый указательный палец написал в воздухе цифру «один», — да, я действительно слышал о нескольких людях, потерявшихся на Рикошете. Если быть совсем точным, то не слышал, а читал в «Павиании ньюс». Но скоро они нашлись и даже выступали по телевидению. Рассказывали о своей, хе-хе, робинзонаде. Оказалось, что они заблудились на острове. Просто заблудились!
Губернатор глядел на меня добродушно и терпеливо. Его большое румяное лицо выражало доброжелательность, но глаза… Они были холодны, они глядели точно сквозь прорезь прицела.
— Второе, мой маленький бдительный друг. — Он взялся за штору и пошел с ней вдоль стены, открывая нашему взору большую — во весь простенок — подробную портулану Карамелии, Павиании и прибрежных вод. — Вот здесь, — показал Джоуль, — почти в эстуарии реки Динго, впадающей в озеро Бей, открыто месторождение нефти. Видишь, нарисованы вышки… Да, а что у нас там с нефтеловушками? — озабоченно спросил он Асамуро.
Комиссар молча пожал плечами.
— А здесь, — продолжал губернатор, — начинается магистральный нефтепровод… Вот черным по белому, малыш! — подчеркнул он. — Надеюсь, ты понимаешь, что убеждать кого-то в наличии нефти было бы… ну, я не знаю… все равно что убеждать в существовании круговорота воды в природе… Кстати, дружок, кто знает, что ты в Карамелии? — задал он вопрос, который уже давно вертелся у него на языке. Я ждал этого вопроса. А у меня в свою очередь вертелось: «Ваша песенка спета!» Но их песенка была еще далеко не спета, нет!
— Об этом знают несколько капитанов торговых и военных судов — это первое, — сказал я, подражая губернатору. — Четыре журналиста — это второе. И сегодня же об этом будет знать наш консул. Он о многом узнает. Это третье. Надеюсь, я смогу с ним встретиться?
Джоуль сморщился, взялся массировать лоб, отвернулся от меня и надел очки.
— Чуть что — сразу консул! — вздохнул он. — Вашего консула сейчас нет в стране. Он уехал на уик-энд в горы.
— Какая грамотная пошла молодежь! — раздался спокойный голос комиссара. — Знает даже о наличии консула! Чересчур грамотная, не правда ли, Клифт?
Я вздрогнул от неожиданности. А цирюльник, убравший в чемоданчик инструмент и теперь сидевший в парикмахерском кресле и наблюдавший за мной, улыбнулся недобро и ответил:
— Слишком грамотная, комиссар!
— Клифт? — не смог я сдержать своего удивления. — Так вы тот самый Клифт?
— Тот самый! — Он тщеславно мне покивал. — Пол Клифт, уроженец Марселя. Гоняю галеры по океану, стригу… — Он изобразил пальцами «стриг-стриг». — И это еще не все мои обязанности. — В его речи был небольшой изьян, напоминавший легкий акцент.
— Ну вот же! — воскликнул я. — Вот и подтверждение моих слов, губернатор! — И я ткнул пальцем в сторону Клифта. Но Гуго Джоуль поглядел на меня поверх очков с большим юмором и сказал, листая телефонную книгу:
— И третье. Ты ведь меня не дослушал… Что касается длинных рук, ног, мутантов этих… — Он беззлобно посмеялся. — Ты начитался книжек, малыш! И кажешься себе героем романа, таким непобедимым ухарем с пронзительным взглядом. Это у тебя возраст такой, мы понимаем. На здоровье! Мы сами были такими и тоже фантазировали будь здоров! До сих пор помнятся некоторые наши фантазии. Кстати, если ты встретишься с консулом, первым делом он спросит, сколько тебе лет. И твой крошечный возраст тут же сведет на нет твой последующий рассказ. Это-то тебе ясно? Такая штука — младые годы, малыш! Вторым делом консул спросит про твоих родителей и как ты сюда попал. — Губернатор снял трубку и стал набирать номер.