— Ладно, тащите обе, — весело скомандовал Чикарели.
— А кто ты такой, чтобы хотеть читать обе брошюры? — дружно ответили ему коротышка и долговязый.
— Ну, хорошо, скажите, где они лежат, а я сбегаю выберу сам.
— Нет, кто ты такой, чтобы сбегать вместо нас? — ответили они разом и наперегонки побежали откапывать из-под руин свои брошюры.
Вернувшись, они стали совать нам свои сочинения, требуя немедленно ознакомиться с ними.
— Лучше расскажите о себе сами, прочитать всегда успеем, — вежливо отклонил я их предложение.
— Живем, как все завистники, с утра до вечера бранимся и ссоримся. Стоит одному из нас купить что-то хорошее, другой не уснет до утра, завидуя и думая, что бы такое получше купить самому. Если моя жена купит себе новое платье, его жена от зависти обязательно обольет его чернилами, и тогда моя жена начинает думать о том, какую бы ей подложить свинью. Вот, послушайте любопытный фрагмент из моей брошюры…
— Почему это из твоей? Кто ты такой, чтобы навязывать людям свою писанину? Читать буду я.
— Сейчас я выколю тебе глаза, тогда ты, может, поймешь, кто я такой, — взвизгнул коротышка, достал из кармана ржавый гвоздь и набросился на долговязого.
— Прекратите! — крикнул я, отняв у коротышки гвоздь, но тут долговязый достал из кармана шило.
— Прекратите! — крикнул я снова.
— Нет, не прекратим. Раз вы хотите, чтобы мы не завидовали друг другу, то мы выколем вам глаза, чтобы не лезли не в свое дело.
— Правильно, — поддержал его коротышка, — выколем им глаза, а потом уже разберемся, кто из нас умнее.
— И так ясно, что я умнее, нечего разбираться.
— Да кто ты такой, чтобы иметь о себе такое мнение?
— Сейчас я покажу тебе, кто я такой.
— Да я тебя…
Они схватили друг друга за волосы и стали кататься по земле, как мальчишки, ругаясь и доказывая друг другу собственное преимущество:
— Самое время уходить, — шепнул я Чикарели.
Мы побежали вниз, к дороге, а за нашими спинами раздавалось все то же «ты кто такой?»…
ЧЕЛОВЕК-ХАМЕЛЕОН
Бьющий из недр горы Техенис холодный родник, веками журчавший на здешних зеленых лугах, утолявший жажду, несший воду изнывавшим от зноя полям, неожиданно высох. Что с ним произошло, кто его обидел?
Мне вспомнилась древняя книга, написанная много веков тому назад в Кечарисском монастыре. На полях книги были нарисованы такие цветы, деревья и животные, которых я в жизни не видел. В той же книге описывалась история родника и дуба: «И когда я стал плох зрением, родник вернул мне свет моих очей. Когда после долгих и усердных трудов я истощился полностью, лес вернул мне силы. Будь трижды проклята рука, которая бросит камень в родник и перекроет его русло. Но сейчас я поведу рассказ не о роднике, спасшем меня от слепоты, а о шагающем дереве, которое я увидел своими глазами весенним вечером», — пишет автор. Вот что он рассказывает.
На лесной опушке, окруженный кустами и молодыми деревцами, рос могучий дуб. Уже много десятков лет он стоял на страже леса, и когда грозные ветры пытались вырвать с корнем юные деревца, дуб противостоял ветрам, не давая им проникнуть глубоко в лес.
Когда таявший на горных вершинах снег превращался в страшный поток и несся вниз, смывая на своем пути все, дуб стеной вставал против потока, и тот, изменив русло, несся дальше, не причинив вреда лесу.
Но однажды случилось ужасное. Злой человек вошел в лес. Увидев его, деревья ужаснулись, но что могли поделать они, беспомощные, с бессовестным и злым существом? Топор безжалостно рубил деревья, валил их наземь, а они стонали, взывая к милосердию. Едва услышав зов деревьев о помощи, дуб напрягся, вырвал из земли собственные корни и пошел на звук топора. Увидев шагающее дерево, человек оцепенел на миг, затем, придя в себя, пустился наутек, но ветки дуба схватили его и стали колошматить так, что злодей испустил дух. Тогда дуб вернулся на свое место, закопал злодея поглубже в землю, а сам врос в него корнями.
На полях книги, о которой я рассказал, был нарисован этот самый дуб. Я знаю здешние места, как свои пять пальцев, но никогда не видел этого дуба. Где он, жив ли, а может, давно уже высох от старости и рухнул наземь?
Пока я вспоминал историю с дубом, забежавший вперед и остановившийся перед непроходимой сетью корней Чикарели подал голос:
— Здесь мы и застряли.
— Да, надо идти в обход, — призадумался я, поняв, что дело действительно осложняется.
И вдруг из-под корней выскочил юркий человечек. Увидев нас, он отбросил топор и заорал хриплым голосом: