– А почему «начало истории»? – уклонился Гук от ответа. – Разве о Кейки что-нибудь известно ещё?
– Конечно, продолжение он рассказал сам. Ведь Эгг снова с родным стадом.
– Да, ему повезло, – просвистела Эч. – Он прожил у людей ещё несколько лун, подрос и стал, как они говорят, совсем ручным. Он много знал о людях, но мало о море. На него надевали разные ящички, мешающие плавать, и по такому сигналу, – Эч мелодично и сильно свистнула, – заставляли нырять. Но Эггу это не нравилось, и он не стал нырять глубоко. Может быть, он так навсегда и остался бы с людьми, но однажды во время опыта появилась огромная акула. Эгг очень испугался: он не знал, как надо поступать с акулами, и бросился в открытое море. Когда его испуг прошел, то ни акулы, ни людей рядом не было. Долгое время он плыл один, куда глаза глядят, а потом встретил дельфинов, и они ему показали дорогу к родному стаду.
– Эгга можно поздравить, – сказал Гук, думая о себе и своем стаде.
– Как говорит Чакка, всё это не так просто, – просвистел Тру, – И Урр и Эгг рассказывали о других дельфинах, которые, сколько себя помнят, живут с людьми. И они уж не собираются от них уплывать.
– Конечно, у них нет своего стада, им интересно с людьми, и они привыкли к новой жизни.
– Мне трудно этому поверить, – проскрипел Гук. – Как можно жить в каменных стенах и есть дохлую рыбу?
– Не торопись с выводами, помни, что говорит Чакка: «Всё это не так просто!»
«Может быть, это и так», – думал Гук. И он вспомнил, что сам при встрече в Антарктике с людьми не сразу уплыл прочь. Его тоже что-то тянуло поближе познакомиться с этими странными существами.
ПОДВОДНЫЙ ДОМ
Солнце стояло в зените, и дельфины медленно скользили в зелёных волнах океана. Они плыли над глубокой впадиной, а стадо Чакки было впереди и чуть в стороне. Рыбы не было, да дельфины ещё и не проголодались.
– Гук совсем ничего не знает о людях, – сказала Эч, – расскажи ему, Тру, о людях, которые живут под водой.
– Как бы не так! – свистнул Гук. – Люди умеют плохо плавать, они неуклюжи и медлительны…
– Это так, но мы знаем, что они могут нырять очень глубоко и остаются на глубине так долго, как может лишь Моби Дик. Правда, при этом на них надеты большие пузыри с воздухом и наверх тянется трубка.
– Вот видишь, они не могут свободно и легко плавать, где уж им жить в море!
– Гук, ты очень нетерпелив. Люди могут нырять и без воздушных трубок.
– Да, пожалуй, я познакомился именно с таким человеком подо льдом.
– Вот видишь! А ещё у них есть корабли, которые плавают под водой. Тебе они не встречались? – спросил Тру.
– И это ещё не всё, – свистнула Эч. – Людям, видимо, нравится у нас под водой, потому что они стали строить себе какие-то скалы.
– Какие скалы? – заинтересовался Гук.
– Мы знаем об этом от других дельфинов, – отвечал Тру. – Эгг познакомился с дельфином, который не хочет уплывать от людей, его зовут Тэффи. И этот дельфин помогает людям жить под водой в пустых внутри скалах…
– Да, Гук, Тэффи большой и умный дельфин, и он знает о людях много-много всего. Они ему нравятся. Он охраняет их от акул, и он-то и рассказал об этих скалах, – подтвердила Эч.
– Всё это странно, – просвистел Гук, – и я не слышал раньше ни о чём подобном. Наверное, эти скалы нужны людям как подводные убежища. Все неуклюжие и медлительные существа в океане прячутся в убежища. А что ещё рассказывал Тэффи?
– Люди, которые живут в этих пустых скалах, очень медлительны и совсем не выныривают на поверхность…
– А как же они дышат?
– Внутри скал очень много воздуха, так много, что из них всё время вырываются воздушные пузыри. Тэффи говорил, что от этого рядом с домом находиться очень трудно, так как стоит сильный шум.
– Я вспомнил, – просвистел Гук, – человек подо льдом тоже выпускал большие пузыри воздуха, и при этом раздавался сильный шум.
– Эгг не знает, что люди делают под водой. Рассказ Тэффи так его удивил, что он забыл расспросить об этом.
– Во всяком случае, – добавила Эч, – они не ловят рыбу. Для этого у них есть корабли и огромные сети. Гук, наверное, видел, как это делается.
Гук был знаком с обычными сетями, которые ставят у берега рыбаки, но не успел ничего сказать, так как словоохотливая Эч продолжала рассказ:
– Когда нам попадаются эти огромные грохочущие корабли, которые тащат за собой по морю длинные сети и процеживают через этот мешок океан, бывает очень забавно наблюдать, как глупые рыбы удирают во все стороны. Но иногда, – просвистела Эч, – рыбы бывает так много, что она забивает весь этот мешок. Некоторые глупые дельфины, особенно лагеноринхи, так увлекаются охотой на рыбу, что сами попадают в этот мешок.