- Дай подготовиться, - сказал Нарвис.
- Доверять вам, недоучкам криворуким... - пробурчала я себе под нос.
- Все будет хорошо, - улыбнулась Сильвия.
- Ага, - саркастически кивнула я и закрыла глаза.
Мне было страшно, даже не так, мне было жутко. Вот теперь именно жутко. Сожаления и переживания отошли на второй план. Я отдавала себя двум недоучкам, действительно, недоучкам. Что там долговязый мог придумать, если он даже до конца не доучился?! Чем ему могла помочь девица, которая даже не знает, что вплела в заклинание, от которого душа живого существа перенеслась в мертвое тело?! Да она при попытке снять замораживающее заклинание стол уничтожила, что будет со мной? Я распахнула глаза и тревожно уставилась на двух магов-махинаторов. Они сели друг напротив друга с внешней стороны пентаграммы, по обе стороны от меня, положили руки на пол и закрыли глаза.
- Этаро инарис тэрро, - произнесли они вместе.
Кристаллы начали светиться.
- Рисаро улаес кампро, - воздух ощутимо сгустился вокруг меня, стал тяжелым, давящим на плечи.
Они продолжали говорить непонятные мне слова, а я испуганно следила за тем, что происходит внутри контура с рунами. Кристаллы начали искрить, заполняя пространство пентаграммы, подсвечивая руны и все громче потрескивая. Появилось неприятное ощущение жжения на коже, шерстка на кошачьем теле встала дыбом, превращая его в пушистый шар. Я непроизвольно схватилась за плечи, пытаясь разодрать ногтями ткань. Жжение перешло в зуд, и я все чесалась, делая себе больно. Потом воздух стал не просто плотным, он будто затвердел и сдавил со всех сторон. Я закричала. Ощущение, что меня сейчас просто размажет между невидимыми стенами, все более крепло.
Нарвис открыл глаза, замолчал, глядя на происходящее. Потом вскочил и откинул один из кристаллов ногой. И все прекратилось. Сильвия продолжала что-то шептать. Долговязый перевел на нее взгляд и стремительно подбежал.
- Сили, родная, очнись, - тормошил он ее. - Сильвия!
Она не останавливалась, продолжая плести непонятные заклинания.
- Сильвия! - крикнул Нарвис, хлопая ее по щекам. - Она в трансе. Так не должно быть. Марси, беги из центра, быстро!
Я сделала шаг, другой, добралась до края, но наткнулась на невидимую стену.
- Нарв, мне не выйти, - сказала я.
Он оставил Сильвию, которая все не приходила в себя и продолжала бормотать, подбежал ко мне, глянул на контур и ошарашено ткнул пальцем в одну из рун.
- Это не моя руна, я другую писал! Я не знаю ее. - Поднял на меня глаза. - Прости, Марси, это была неудачная идея.
Нарвис вернулся к Сильвии и снова начал ее тормошить. Потом прошептал:
- Прости, Сил, - и сделал пас.
С кончиков его пальцев сорвалась белая молния и ударила в недотепу. Она распахнула совершенно черные глаза без белков, упала навзничь и начала битья в конвульсиях. А потом...
... Непроглядная чернота закрыла от меня происходящее плотным пологом. Я вытянула вперед руки и попробовала нащупать окружающее пространство, но наткнулись на пустоту. Сквозь темноту я слышала несколько голосов. Сложно было определить женские они или мужские. Голоса что-то говорили, слаженно и монотонно, будто читали заклинание. Было что-то знакомое в этом бормотание. Я уже когда-то слышала нечто похожее.
- Уходи, - донесся до меня бестелесный шелест. - Беги отсюда.
- Кто это? - спросила я.
- Уходи, - повторил шелест.
- Как? - вопрос был более чем насущным.
- Уходи...
...А затем чернота разбилась на множество осколков. Я рухнула на пол, слабость в ногах была неимоверной. Чьи-то руки подхватили меня и понесли куда-то. Я слышала голоса, но уже знакомые, только слов до конца не понимала. Постепенно сознание начало возвращаться.
- Вы мне еще объясните, что здесь происходило.
- Лорд ректор, мы просто ставили эксперимент, а потом произошло непонятное.
- Студен Риманн, вам известно, что все эксперименты должны согласовываться лично со мной?
- Да, лорд Ронан.
- Тогда почему вы решили, что можете ставить эксперименты самостоятельно, не обговорив со мной и не показав строение пентаграммы?
- Простите, лорд Ронан. Я готов понести наказание.
- Откуда вы узнали руну Тьмы?
Воцарилось молчание, а потом раздался потрясенный голос Нарвиса.
- Руна Тьмы? Это была руна Тьмы?
- Вы не знали? Тогда почему поставили ее в контур? - тон ректора был сух.
- Я не ставил, клянусь! - голос Нарва приблизился. - Она появился сам собой, заменив руну Шайтар.
- Шайтар? - теперь лорд Ронан стал задумчивым. - Студент Риманн, проводите свою подругу домой. О Марсии я позабочусь. Обо всем произошедшем мы поговорим завтра. И я вам настоятельно советую хорошенько продумать ваши ответы на мои вопросы. Их будет много. Спокойной ночи, студенты.
- Спокойной ночи, лорд Ронан, - пролепетала Сильвия, очнулась, значит. Хорошо.
Ректор быстро шел в сторону своего дома. Глаза все никак не желали открываться. Но я сразу поняла, куда он меня несет.
- Тебе, дорогая, тоже придется мне многое рассказать, - прошептал он, на мгновение останавливаясь и поправляя мою голову, которая сползла с его плеча. - Бидди, приготовь комнату, - услышала я, и обоняния коснулся приятный запах жилища Ормондта.
* * *
Ночь толком не дала забвения. Я все слышала, все чувствовала и осознавала, но глаза по-прежнему не открывались, словно скованные печатью. Говорить я тоже не могла, та же печать лежала на устах, даже тело не желало слушаться меня. Мне казалось, что я заперта в темнице собственной плоти. На какое-то время я даже испугалась, что ритуал все-таки удался, но наполовину. Нас с телом разделили, но душу забыли вытащить, и теперь я буду вечно мучиться в тюрьме из костей и кожи.
Меня положили на кровать, в этот раз не раздевая. Ректор отошел, и я услышала, как он негромко разговаривает с Бидди.
- Тебе постелить в соседней спальне? - спрашивала домовиха.
- Нет, я буду спать с ней, - ответил лорд Ронан.
- Ормондт, - строго произнесла Бидди, - девочке может быть неприятно.
- Бидди, родная, - в голосе сурового лорда звучала необычайная нежность, - не переживай. Наша Марсия не из стеснительных. И я не могу оставить ее одну, ее подвергли неизвестному ритуалу, в результате которого девушка попала под влияние Тьмы. Нужно проследить, чтобы не было осложнений.
- Тьмы? - потрясенный голос домовихи стал на тон громче. - Да зачем она понадобилась Тьме?
- Я не знаю, дорогая. У этой девушки есть свои тайны. Но кое-что я начинаю понимать. Пусть пока отдыхает, разбираться будем утром.
- А она тебе нравится, - теперь в голосе домовихи излучал довольство.
- Это не имеет значения, Бидди, - устало вздохнул ректор. - Ты же знаешь.
- Как же ты мне надоел со своими играми, несносный ты ребенок! - недовольно воскликнула она, и до меня донеслись быстрые шажки, удаляющейся домовихи.
- Бидди, - позвал лорд Ронан, но ответом ему было далекое ворчание.
Ректор постоял немного, затем тоже вышел. Я оставалась одна какое-то время, предоставленная своим мыслям, но их не было, потому что все внимание сосредоточилось на ощущениях и чувствах. Попробовала пошевелить пальцами на руках, но снова не вышло. Да что же это такое?! Пока я изо всех старалась хоть немного подвигаться, вернулся Ормондт. Кровать скрипнула под его весом, и он лег рядом. Пальцы ректора скользнули по волосам, отводя их от моего лица, едва касаясь, погладили по щеке, обвели по контуру губы, потом ректор коснулся их своими губами и убрал руку. Снова воцарилась тишина.
- Ты ведь не спишь, - неожиданно громко сказал он. - Марсия.
Я бы и рада, конечно, ответить, но не могу. Ректор выругался и припал головой к моей груди, облегченно вздохнул, и теперь обе его руки бесцеремонно исследовали мое тело. При этом он что-то говорил себе под нос, и едва слышный голос был явно чем-то недоволен.
- Ты была во Тьме! - воскликнул он. - Холод Вечности, ты под заклятием, девочка. Ты ведь слышишь меня? Должна слышать. Я не могу снять это заклятие, здесь есть одна особенность. Снять Холод может только тот, кто наложил. Но ты не переживай, с первыми лучами солнца оно само спадет. Для того, чтобы удержать тело в том состоянии, в котором находишься ты, нужна темнота, а лучше подземелье. Утром ты снова сможешь двигаться и говорить.