– А, метеор! – презрительно махнул рукой Билли и натянул кепку на нос.
– А я говорю – комета! – не унималась его сестра-близнец, краснея по своему обыкновению.
– Кометы так не летают, – авторитетно заявил Билли из-под кепки. – Когда появляется комета, то, кажется, что она висит посреди неба неподвижно, и может так висеть несколько дней…
– Ботан! – обозвала его Милли и показала брату язык.
– Кто ботан? – искренне удивился Адский угонщик, для которого, кажется, не было оскорбления хуже.
– Ты ботан! – выкрикнула сестрёнка, озорно сверкнув глазами. – Ботан, ботан, ботан, ботан!
Этого Билли не мог стерпеть ни от кого в мире, тем более от родной сестры. Он вскочил, перевернул кепку козырьком назад, сжал кулаки и ринулся в бой! Милли улыбнулась от уха до уха с весёлой злостью, и приготовилась сопротивляться, но удары обоих пришлись по воздуху.
– Вуфф, вуфф! – назидательно сказал им Вуфф, разведя руки, в кулаках которых было зажато по Адскому угонщику.
Те, видимо по инерции некоторое время ещё подёргались, пообзывались и помахали в сторону друг друга своими мелкими кулачонками, но вынуждены были смириться. Из рук Вуффа не вырвался бы дюжий мужик человеческого роду племени, что уж говорить о карликовых полусатирах?
Вуфф теперь был ответственным за этих двух недомерков, которых семья йети приняла, как собственных детей. Видимо, у этих существ был инстинкт защиты всех мелких и слабых, имеющих сходство с ними самими. Полусатиры подпадали под эту категорию, также как и люди, поэтому, когда Вуфф принёс их в родную пещеру, ему даже отменили выволочку за самоволку.
Малыш йети сбежал, чтобы найти Они. Это его родители хорошо понимали, так-как сами искали беглянку, и даже проследили её след до человеческих поселений. Дальше идти было нельзя, так-как люди, завидев йети, начинали сходить с ума и хвататься за оружие. Поэтому Папа Йети и Мама Йети очень огорчённые вернулись назад, но их сын не смирился, и сам удрал из-под родительской тёплой подмышки.
Йети не умели считать и измерять время, а потому неизвестно, сколько Вуфф ошивался вокруг человеческих поселений, пугая собак и их хозяев. Он чувствовал, что Они где-то здесь, хоть её запах и перебивали запахи остальных людей, к которым она ушла неизвестно зачем. Потом Они совсем пропала, и её запах не ощущался даже той едва заметной ноткой, которую чувствовал Вуфф среди несусветной вони, источаемой городом. Но юный йети не вернулся домой. Он, по-прежнему, чувствовал, что Они рядом, что она каким-то образом передвигается… внутри горы! И тогда он пошёл, ведомый этим чувством, и после долгого пути нашёл разбившийся дирижабль.
Это было очень странно. Маленький йети не знал, с чем столкнулся, но вокруг этих обломков витал дух беды, страха и отчаяния. И всё это было связано с Они. Кроме того, рядом ощущалось присутствие существа настолько огромного и сильного, что оно было во много раз сильнее Папы Йети, а до сих пор Вуфф считал, что сильнее Папы Йети никого в природе быть не может.
Кроме того, здесь был ещё кто-то, какой-то чужой, запах которого Вуфф уже чувствовал рядом с Они. Но этот чужой маленькому йети был не только не нужен, но и крайне неприятен, поэтому, когда Вуфф нашёл его на склоне горы, то просто выбросил за ненадобностью.
Несмотря на всё это, юный йети продолжал искать Они, переворачивая обломки дирижабля, пока не нашёл вот этих малышей! Малыши были чудесные и немножечко пахли, как Они. Вуфф вовсе не забыл про свою подружку, ведь йети вообще никогда и ничего не забывают. Но ей угодно было на этот раз совершенно исчезнуть, оставив вместо себя этих малышей.
Вуфф не задавался вопросом кто они такие. Малыши были маленькие, беспомощные, замёрзшие и голодные. А ещё, у них было по две руки и по две ноги, и они пахли, как Они. Этого всего оказалось достаточно, чтобы забрать их с собой, тем более что Вуфф сумел даже перекинуться с ними парой слов, и они его поняли. Они могла бы гордиться своим учеником!
Итак, маленький Вуфф был немедленно реабилитирован в глазах семьи, когда предъявил родителям Милли и Билли. Он даже получил награду в виде ласкового материнского шлепка и был, тут же засунут под мышку. Под другую поместили слабо брыкающихся Адских угонщиков.
Это было неоднозначное времяпрепровождение для полусатиров. С одной стороны они отогрелись, а потом неплохо отъелись, проявив к пище йети даже большую неприхотливость, чем Они. Однако непоседливая натура Адских угонщиков не давала им подолгу сидеть на одном месте, что совершенно не вязалось с распорядком принятым у йети. Нет, Милли и Билли не пытались сбежать. Эти двое были не настолько глупы, чтобы рискнуть пересечь заснеженные горы, имея на теле лишь кепки и комбинезончики. Но, оттаяв, они начали жаждать развлечений, а поскольку угонять здесь было нечего, принялись отводить душу во взаимных поддёвках и драках.