Прежде всего, Мэгги решительно отвергла шубу, которую лётчик попытался снять с себя, чтобы закутать в неё даму. В качестве одежды удивительная тётушка выбрала себе кусок жёсткой, стоящей колом парусины, отодранной от внутренней обшивки дирижабля. Из неё они общими усилиями соорудили странное неудобное пончо, открытое с боков. Тем не менее, тётя Мэгги заявила, что этого более чем достаточно. Она-де пользуется драконьим огнём для самообогрева, а его вполне хватит, чтобы создать в избытке тепло под таким вот «плащиком». (То, что она осталась при этом фактически голая в присутствии молодого мужчины, тётку совсем не волновало.) Из того же материала были сделаны обмотки на ноги тёти Мэгги, после чего она объявила себя одетой и обутой. Теперь надо было найти убежище, топливо и пропитание.
Не так-то легко было отыскать всё это в горах. Двое потерпевших собрали все, что посчитали ценным, (куча мусора с точки зрения человека живущего с минимальной долей комфорта в местах цивилизованных), разделили получившийся груз и отправились искать пещеру или хотя бы грот, так-как построить что-либо приемлемое из камней, льда и снега у них не получилось бы. Пещеру нашла тётя Мэгги. Просто на втором часу изматывающего перехода она вдруг остановилась и сказала, указывая на сплошную каменную стену:
– Туда!
Вход в пещеру оказался узким, едва протиснуться, да и сама она оказалась небольшой, что впрочем, было совсем неплохо – сохранить тепло в просторном помещении почти невозможно, тогда как маленькое пространство совсем несложно прогреть, если есть источник тепла.
Как раз с источником тепла у них было туговато. Горы не лес, дрова среди скал не соберёшь, а драконье пламя тёти Мэгги было вовсе не бесконечным. Но мудрая тётушка и здесь удивила. Не прошло и пяти минут их пребывания в новом убежище, как она с радостным восклицанием вынула из дальнего угла пещеры несколько странных булыжников, смахивающих на куски шлака. Оказалось, что это «горючий камень», удивительный минерал, способный гореть жарким равномерным пламенем. Поджечь его, правда, не так-то просто, зато жар от такого камня основательный, горит он долго, а пламя даёт небольшое. Потушить его тоже непросто, если под рукой нет достаточно воды. Одна неприятная особенность – дурно пахнущий дым, ни в какое сравнение не идущий с ароматом горящих поленьев.
Вход в пещеру заложили камнями, а промежутки между ними залепили снегом. Только снизу оставили отверстие для вентиляции и сверху для вытяжки. Когда над горкой «горючих камней» заплясало странное ползающее пламя, воздух быстро прогрелся, и в каменном убежище стало уютно, как в тёплом доме.
Постелью путешественникам послужили всё те же куски внутренней брезентовой обшивки, которые удалось собрать. Елизар думал, что тётя Мэгги станет его теперь расспрашивать об их приключениях с Они, и, конечно, задаст вопрос о том, в каких отношениях он состоит с её племянницей. Но потрясающая тётушка, которая в лучшем случае выглядела, как старшая сестра собственной племянницы, первым делом взялась осматривать и лечить ногу своего неожиданного компаньона.
Всё-таки Мэгги была профессиональным медиком, (теперь у неё было образование и немаленький стаж работы), а потому, Елизар действительно почувствовал себя лучше после её манипуляций, хоть во время осмотра не раз стискивал зубы.
Но он готов и даже рад был ещё и ещё терпеть всё, что она с ним делала. Такая женщина! Ему доводилось видывать всяких баб, в том числе и медичек, в том числе и постарше себя. Но эта…
Завести роман с такой девахой было бы шикарно! Опытный ловелас готов был поспорить, что она великолепна в постели. Между тем, Мэгги читала его мысли, как открытую книгу и посмеивалась при этом. Ей льстило вожделение, которое испытывал этот парень, но в конечном итоге, это были его проблемы. Зелёная драконесса не была ханжой и не страдала человеческими предрассудками. Но она любила своего мужа, а этот молодой и привлекательный самец был ей безразличен. Единственное, что могло заставить её обратить взор на другого мужчину, это «Огненная страсть», драконье свойство, нередко возникающее между врагами противоположного пола в результате длительной борьбы. Явление известное в драконьих семьях, но имеющее совсем не тот смысл и отношение, чем человеческий адюльтер. К таким связям драконы относились с уважением, а потомство, которое после этого появлялось, пользовалось такой же любовью, как и все остальные дети. Они была результатом «Огненной страсти», об этом знали все, и от самой девочки никто не скрывал её происхождение. Наоборот, Они все любили и гордились, что в семье растёт такая дочь и племянница.