Елизар решил действовать методом ненаучного эксперимента. Медленно-медленно протянул он руку к пресс-папье и положил на камень ладонь. Они напряглась и замерла, как кошка почуявшая крысу, обнажив при этом пару острых клыков, которых Елизар у неё раньше не видел. И всё же взгляд огромных золотых глаз не был сфокуссирован ни на нём, ни на камне, а потому экспериментатор продолжал действовать на свой страх и риск.
Так же медленно он сжал пальцы, приподнял пресс-папье и взял его в обе руки. Они вдруг ударила перед собой рукой с растопыренными когтями, но удар этот был скорее предупреждающим, как это делает испуганная кошка, желающая показать, что противник дёшево не отделается. Однако именно эта реакция помогла Елизару немного успокоиться. Они, по-прежнему, не видела его, и она боялась вдруг открывшейся перед ней неизвестности. (Интересно, что она видела при этом такого особенного?)
Теперь лётчик прижимал пирит к груди. Видимо со стороны Они это выглядело изменением в необъяснимом, потому что лицо её стало ещё более удивлённым, а выражение агрессии совсем покинуло его. Такой озадаченный вид бывает у собаки, впервые увидевшей хозяина в противогазе.
Надо было что-то делать дальше, и Елизар медленно двинулся вдоль стены, держа перед собой пресс-папье, как щит, хоть и не был уверен в эффективности такой защиты. Они отреагировала на это новое движение, коротко и утробно взвыв, и вдруг перепрыгнула через стол, очутившись там, где только что стоял Елизар, и где его уже не было. Лётчик в свою очередь едва не бросился наутёк, но сдержался и только развернулся таким образом, чтобы постоянно держать камень между собой и озадаченной фурией, готовой, впрочем, в любой момент броситься в яростную атаку!
Он отступал вдоль стены, пятясь и соображая, что делать дальше? Они осторожно двигалась за ним, не решаясь, напасть, но и не прекращая преследование. Так они прошли несколько шагов, и Елизар понял, что скоро окажется рядом со своей камерой.
И что тогда? Забежать внутрь и закрыться? Он уже видел, что светящиеся магическим светом рога разносят стальные решётки, словно те сделаны из тонкого льда. Но даже если бы это было не так, дверь в камеру запиралась ключом, который надзиратель унёс с собой. Это означало, что искать там убежище бесполезно.
Вдруг Елизар остановился. Он сам не мог сказать, почему это сделал, но ему было не до осмысления своих действий. Они тоже встала, как вкопанная, словно была его тенью. Елизар шагнул вперёд – Они отпрянула. Тогда он шагнул ещё и девушка отступила. Вид при этом у неё был уже явно напуганный, даже свечение рогов как-то померкло.
Тут Елизар осмелел. Ясно, что у него в руках было средство, имеющее свойства репеллента. С трудом заставив себя не наглеть, он принялся аккуратно загонять Они в её камеру. Через некоторое время ему это удалось, но девушка теперь в ужасе прижалась к стенке и начала завывать тоскливым утробным голосом, словно и в самом деле была до смерти перепуганной кошкой.
Это никуда не годилось. Требовалось уложить больную обратно в постель и успокоить, но как это сделать?
– Они! – вдруг неожиданно для себя позвал девушку Елизар.
– Кто здесь? – вскинулась Они, дико озираясь по сторонам. – Дядя Огги, это ты? Я тебя не вижу. Это что шутка такая? Дядя Огги, мне не смешно!
– Они, тебе надо лечь, ты больна, – как можно мягче проговорил лётчик.
– Кто это? – спросила девушка жалобным голосом. – Я ничего не вижу за этой… бездной!
Какая ещё бездна? И тут Елизар догадался. То, что виделось ему, как чёрный камень размером с кулак, с вкраплениями пирита, по какой-то причине было для Они бездной! Как бы то ни было, пугать её этой штукой ему совершенно не хотелось. Но и быть располосованным острыми когтями не хотелось тоже.
– Они, не бойся меня, я твой друг, – проговорил Елизар, сам себе при этом удивляясь.
Раньше он никогда не вёл себя так с девушками. Но то, что было раньше ни в какое сравнение не шло с тем, что происходило теперь.
– Друг? – спросила Они с сомнением. – Какой ещё друг?
– Ты не узнаёшь меня? – притворно удивился Елизар, хотя было очевидно, что Они не узнавала. – Ты меня просто забыла. Давай так – я поставлю этот… эту бездну на тумбочку, а ты посмотришь на меня внимательно и постараешься вспомнить. Только не бросайся сразу в драку, ладно?