— Здесь есть эльфы и единороги?
— Нет.
— А долбоёбы?
— А вот долбоёбы все сплошь сказочные.
— Тогда я вообще не уверен, что попал в другой мир.
— Знаешь, когда я только переместился сюда с Ностромо, я тоже так думал. Но сейчас не об этом. Сядь, история эта длинная, начать придётся очень издалека.
Я сел на диван и приготовился слушать. Такой резкий переход от неудержимой ярости к спокойному разговору по душам означал, что его угрозы в большей степени не настоящие, он просто решил сорвать на мне злость, за что и получил словесного пиздюля. Именно поэтому я не задерживался долго ни на одной работе — не могу спокойно стоять и слушать, когда на меня орёт наделённый властью мудак.
— Сто лет назад на Ностромо поняли, что ресурсы одного мира совсем не бесконечны, и стали искать выход из этой ситуации. Отжимать ресурсы у соседей мы не могли, потому что на нашей планете всего один континент, а на нём одна страна. В итоге пришли к такому умозаключению: если ресурсы одного мира ограничены, то количество этих миров — безгранично. У нас уже была довольно развита научная магия, так что доступ к другим мирам жители Ностромо получили быстро. Нас было настолько мало, что изначально планировалось простое переселение в новый мир, но, к сожалению, порталами могли пользоваться далеко не все.
Мне на тот момент было девятнадцать лет, и я был солдатом на срочной службе. Служба была тяжёлая, сослуживцы — жестокими, а командирам было на всё плевать. Я не жаловался, да и не принято у нас так. Короче, когда в часть приехали люди на странных машинах, я ничего хорошего не ждал — только очередной комиссии, перед которой нас будут гонять. Там я впервые познакомился со счётчиком Геллера, и этот прибор круто изменил мою жизнь.
Я оказался среди трёх годных к отправке в другой мир солдат. Нас по одному отправили в разные миры, сильно отстающие от Ностромо по уровню развития, чтобы мы построили в них фактории — особые порты для межмировых кораблей. Выдали инструкции как это делать… Из них получилась отличная туалетная бумага. Потому что возвращаться я не собирался. Если ты считаешь, что жил в суровом месте, то ты просто не знаешь, что такое деревня Веселовка, под Захалустом на Ностромо!
А дальше система дала мне квест. «Настоящий попаданец». Вырастить рощу, построить империю и обзавестись наследником. Для рощи пришлось построить оросительную систему, что привело к войне между степными кочевниками, к которым я попал, и народом, которого больше нет. С этого началась моя империя. Меньше всего проблем я ожидал от последнего пункта. Получилось иначе. Детей у меня много, некоторых я даже люблю, но их система не принимает. С этим квестом я поступил точно также, как со своей родиной. Решил никогда к нему не возвращаться.
Шли годы, бессмертия я достиг задолго до окончания объединительных войн. Я был счастлив. Счастлив в боях, и в мирной жизни, но в конце концов мне всё надоело. Я занялся прогрессорством, как и желали те, кто меня сюда отправил. А потом мне надоело и это. И вообще всё. Человек не приспособлен к долгой жизни, в отличии от местных богов, тем более что и у них с возрастом начинаются проблемы. Бессмертие меня не остановило. После смерти я понял, что воскресну в одном из двух миров, с которыми связан. Мне повезло, я воскрес здесь.
— То есть ты хочешь умереть?
— Не совсем. Здесь вообще немного другое понятие смерти, а перерождение ждёт почти каждого жителя этого мира.
— Из-за наличия душ?
— К сожалению нет. Отсутствие души для этого мира тоже не является чем-то невероятным, хотя и случается редко. Души — это для местных богов, а перерождением занимается Система. Только она может отправить сознание в изначальный Хаос. И я хочу именно этого.
— А она что?
— А она не против. Только требует завершить все квесты.
— И вот тут появляюсь я.
— Ты, и одна маленькая, но очень гордая страна.
— Это на войну с ней ты меня отправляешь?
— Именно. Задача простая до безобразия: приехать, наехать, назначить наместника и вернуться.
— Но?
— Эту задачу взял на себя самый гордый и тупой король этого мира, Бурбон Тринадцатый. И генералы у него соответствующие. А моего наместника от военных дел отстранили, и теперь я с одной стороны не могу заново завоевать владения этого Бурбона, а с другой — они не способны дать мне желаемое.
— Ну, звучит не сложно. Я уговорил потрахаться Вирджинию, что мне стоит уговорить короля начать войну?
— Когда это ты успел трахнуть Вирджинию?
— Так у меня в статусе особенность появилась.