— Да ладно, я пошутил. Такова уж моя романтическая натура, ну, вы знаете как это бывает — едешь и думаешь, а вдруг этот не такой, вдруг не придётся всё делать за него, просто помочь, направить… Да, по сути, это мечта о лёгких деньгах, и мне не в чем вас обвинять, если вы мечтаете о том же, о чём и я. Но все мы должны брать пример с нашего лидера и идейного вдохновителя — с Андрэ. Он никого не обвиняет, просто жжёт и убивает, строит свою теневую империю…
— Я слышал о нём другое! — воскликнул Лирой. Учитывая, что всё только что сказанное является ничем не подкреплённым экспромтом, я замер. Неужели я опять допизделся? В любом случае сейчас уже некуда отступать. Я наклонился к нему поближе, поманил пальцем к себе и сказал:
— Зря. — я откинулся на спинку стула и отправил в рот кусок мяса.
Обед продолжился в молчании. Зал потихоньку начинал пустеть, Лирой с Эммануэль ушли, как только расправились с едой, сославшись на службу — что характерно, разрешения у меня никто не спрашивал. Франсуа Треф тоже собрался было меня покинуть, но я не пустил. Долго ждать ему всё равно не пришлось.
Юнгерна я обнаружил болтающим с каким-то мужиком возле выхода с парковки. Раз он до сих пор не уехал, значит будет меня сопровождать до окончания миссии. Наверное. Трефу я сказал, что поеду на своей машине следом за ним и пошёл к Юнгерну.
Я думал, что сильнее болтающего Юнгерна меня ничто не удивит, но ошибался. Наша джихад-арба оказывается имела городской режим без пулемёта и с тканевой крышей, но дело не столько в этом, сколько в том, что теперь она мало чем отличалась от машины Трефа! Я припомнил, что собеседник моего водителя как раз направился в ту же сторону, что и банкир.
— Ты с водилой Трефа болтал?
— Да.
— Про машины?
— Про них. У него вот тоже Та-Чонг, только гражданский.
— Это необычно?
— Немного. Гражданские предпочитают скорость надёжности и прочности, а ещё внешний вид… Нет, моя красавица, конечно, лучше всех, но посмотри на эти зубила! — он указал на едущие рядом машины, внешностью действительно напоминающие постсоветский автоваз: острые линии, низкая посадка, у некоторых даже зауженные носы.
— И что?
— Ну, это разве похоже на Та-Чонг? А Трефу твоему, видимо нравятся нормальные, массивные машины. И надёжность. И безопасность.
— А про самого Трефа он что-нибудь говорил?
— Нет.
— Можешь специально для меня спросить? Только не уточняй что это я тебе поручил расспрашивать, и вообще, как-нибудь помягче спроси. Сможешь?
— Реверс, я не тупой, просто не люблю болтать. Тупые, во-первых, до «ветерана долгой войны» не доживают, а во-вторых, хан таких рядом не держит.
— А машины?
— Машины люблю. Болтать не люблю. В среднем получается… ну да ты сам видел, что получается.
Главный офис французского Сверхбанка пытался произвести впечатление, но располагался слишком близко к королевскому дворцу, так что на фоне не смотрелся. Однако и пародией не выглядел, и вообще подражать не пытался. Характерных для Земли черт, вроде огромных окон и вообще неуёмной страсти к стеклу, а также необоснованной вытянутости не наблюдалось. Здание было достаточно большим, но казалось лёгким за счёт формы крыши и выносных колонн-контрфорсов. Короче, для полного комплекта готичности не хватало только горгулий, но есть у меня такое подозрение, что их по ошибке поместили внутри здания, да ещё и приспособили к выдаче кредитов доверчивому населению.
В приёмной у Трефа сидела секретарша, которая чем-то отличалась от помощницы Лироя. Я бы предположил, что цветом глаз, но эту шутку я уже использовал, а тавтология — это ересь. Если я и придерживаюсь каких-то религиозных догм, то запрет на самоповторы будет первой заповедью в списке.
— А у тебя хорошие отношения с Лироем? — спросил я, как только дверь в кабинет закрылась.
— Можно сказать и так. Я приходил по рабочей необходимости, но на обед остался только как друг.
— А чего тогда семьями не дружите?
— Что, простите?
— Ну, он был с дамой, а ты нет — я указал туда, где за стеной стоял стол секретарши.
— Знаете, Реверс, ваши намёки оскорбительны! Почему вы раз за разом проявляете такое неуважение к женщинам? Сексуальная объективация недопустима в современном обществе!
— То есть она не такая?
— Нет!
— И я в это даже поверю. Не поверю я знаешь во что? — я сделал небольшую паузу, давая банкиру высказать своё предположение, но тому хватило ума промолчать.
— В то, что ты не такой. Вот во что я не поверю.
— Это здание, конечно, формально является храмом, но вопросы веры я всё равно не намерен здесь обсуждать! — под конец фразы Треф сорвался на крик. Интересно, как он выпутается из этой ситуации?