— Можете использовать их перед сном, так будет удобнее. — Эльза своим тоном дала понять, что спор окончен.
— Почему? — удивился Реверс.
— Пройдёте испытание во сне, чтобы не тратить моё время.
— А что, так можно? Стоп. Кажется, ты не первый раз сталкиваешься с подобными штуками. К тому же ты называла билеты рекламой… Ну-ка, скромница, колись, что ты себе приделывала?
— Ничего! Это пробники, и мне совсем не понравилось!
— А что хотела приделать?
— Не скажу! И вообще, я была молодая и глупая, а подружки говорили, что это круто… Короче, я согласна использовать билет, но ты прекращаешь все расспросы.
— Хорошо — уныло проговорил Реверс.
— Так что ты пробовала? — спросила я.
— И ТЫ ТОЖЕ! — Закричала она.
— Ладно, ладно, не кипятись. Ледяной колдунье это не идёт. Чем сегодня будем ужинать? — перевела я разговор на более безопасную тему.
Глава 27
Эти билетики немного успокоили мою паранойю относительно участия богов в создании подземелья. В конце концов, хоть я и доверяю Андрею в том, что касается его мотивов отправлять меня на задание, мне ничего не известно о других богах и их интересах в этой ситуации, а таковые точно имеются. Значит, следовало бы ожидать чего-то очень внезапного, но если здесь поработала Химера, то ничего страшного быть не должно. Ненасытная и жаждущая, она не похожа на ту, кто может убить человека, даже если он ей мешает. А со мной она и вовсе хочет подружиться!
Вот только о девочках, особенно об Ироне, того же сказать с уверенностью нельзя, потому я отчасти понимаю страх Эльзы перед этими штуками. Пробники показывают что-то вроде альтернативной реальности, в которой ты принял дары Химеры, но это ближе к сновидению. То, что попало нам в руки имеет сходный принцип действия, но гораздо более широкие возможности. А в особой реальности подземелья использовав полученные нами награды мы и вовсе попадём под абсолютную власть богини сладострастия, как официально именуется Химера. Потому, после ужина Эльза выставила ещё одно условие её участия в этом приключении: мы идём все вместе в одну и ту же реальность, а не каждый в свою. Для этого нам пришлось отдать ей свои билеты, как человеку более опытному в таких делах.
Первое, что я увидел, когда Эльза закончила колдовать это огромная снежная гора, на которой будто бы застыл морской прибой. Холода не было. Рядом со мной были две лисички, одна побольше, другая поменьше, но обе очень красивые. Я хотел сделать шаг навстречу лисичкам и неожиданно упал. Лисичка побольше припала мордочкой к снегу, подняв к верху свой белый пушистый зад и распушив хвост. Пытаясь подняться, я завалился на бок и катался по снежному ковру, лисички делали то же самое. Вдруг из-за белой горы показалась гигантская лисья морда, а потом и всё остальное, только не лисье, а человеческое. Эта пушистая женщина с головой полярной лисы смотрела на меня и приближалась, и мне стало немного страшно, ведь она была больше меня раз в десять!
— Реверс — сказала она, гладя меня рукой.
— Ирина, Эльза — погладила лисичек — осваиваетесь?
— Тяв! — бодро ответила Эльза, лисичка поменьше. Она уже поднялась на четыре лапки и делала первые неуверенные шаги.
Ироня заскулила.
— Ну, не бойся, малышка, у тебя всё получится! — сказала женщина с лисьей мордой, ставя Ироню на лапки и гладя по голове.
Я уже понял, что песец пришёл, точнее я сам стал песцом, как и девочки. Постепенно чувство отсутствия рук заменилось на чувство задних лапок, но это всё равно не помогало восстановить равновесие, потому что ноги, находящиеся у людей прямо под головой, сейчас стали передними лапами, которые и находятся под головой. А центр тяжести, по моему глубочайшему убеждению, должен был быть строго над ними, тогда как на самом деле он был позади них. В результате я катался по полу, не понимая, как должен двигаться, разбрасывая лапами снег во все стороны, чем и привлёк нашу человекоподобную гостью.
— Ха ха, толстячок, ты такой забавный!
— Тяв тяв! — ответил я, прекратив попытки подняться.
— Что «кость пушистая», посмотри на Ирину, какая стройняшка — укоризненно произнесла пушистая женщина, безошибочно расшифровавшая моё тявканье. Ироня выгнулась, демонстрируя своё сексуальное тело, столь же привлекательное для того зверька, в которого я сейчас превратился, как и в человеческом варианте. А вот человеческая фигура не вызывала внутри никакого отклика, хотя такие пропорции должны быть очень возбуждающими. Женщина продолжила наглаживать извивающуюся лисицу, потом взяла её на ручки и начала баюкать. Тем временем я смог поймать равновесие, но в свойственной мне манере «реверс относительно нормы» — вверх ногами.