— Я слышал! — Барон уже стоял в дверях. — Как далеко?
— Бог знает, — Шарп встал рядом с Ребеком. Ветер гонял пыль по улице. — Миль пять или шесть?
Звук исчез, и топот копыт заглушил любые попытки услышать его снова. Шарп посмотрел на главную улицу, ожидая увидеть как своих всадников, так и французских драгун, скачущих по деревне, но это быль лишь Принц Оранский, пересевший с кареты в седло лошади из эскорта. Эскорт въезжал в деревню вместе с помощниками, которые привели Принца обратно.
— Какие новости, Ребек? — Принц спрыгнул с седла и вбежал в дом.
— Только то, что мы вам уже сообщили, — Ребек проследовал за Принцем в комнату с картами.
— Хм, Шарлеруа? — Принц грыз ноготь, глядя на карту. — От Дорнберга есть что-нибудь?
— Нет, сэр. Но если вы прислушаетесь, то услышите на юге стрельбу.
— Монс? — тревожно спросил Принц.
— Никто не знает, сэр.
— Так выясните это! — резко сказал Принц. — Мне нужен доклад от Дорнберга. Вы сможете послать его вслед за мной?
— Вслед за вами? — нахмурился Ребек. — Но куда вы отправляетесь, сэр?
— В Брюссель, разумеется! Кто-то же должен доложить Веллингтону, — он посмотрел на Шарпа. — Я в высшей степени надеюсь на ваше присутствие на балу.
Шарп с трудом погасил желание пнуть Его Королевское Высочество в его королевский зад.
— Так точно, сэр, — ответил он.
— И наденьте голландский мундир. Почему вы вообще его еще не надели?
— Я переоденусь, сэр, — Шарп, несмотря на постоянные требования Принца еще не купил себе голландский мундир.
Ребек, догадываясь, что Принц все равно хочет танцевать, несмотря на новости о французском вторжении, прочистил горло.
— Но ведь бал в Брюсселе отменят, сэр?
— Ну, пока его не отменили, — недовольно сказал Принц, затем повернулся к Шарпу. — Я хочу, чтобы вечером вы были в парадной форме. Это значит золотое шитье, два эполета, также с золотым шитьем. Бальную шпагу, Шарп, вместо вашего мясницкого ножа. — Принц улыбнулся, как бы смягчая свой приказ, затем указал пальцем на своих голландских помощников. — Пойдем, Винклер, здесь больше нечего делать, — он быстрым шагом покинул комнату. Ребек стоял, плотно сжав губы, и молчал.
Звук копыт быстро затих в такой жаре. Ребек снова прислушался, не услышал никаких выстрелов, затем ткнул в карту указкой из слоновой кости.
— Его королевское высочество совершенно прав, Шарп, вам следует носить голландский мундир.
— Все собираюсь прикупить его.
Ребек улыбнулся.
— Я могу одолжить вам один из своих на сегодняшний вечер.
— В задницу этот вечер. — Шарп повернулся к карте. — Хотите, чтобы я поехал в Монс?
— Я уже послал Гарри, — Ребек подошел к открытому окну и всмотрелся в марево. — Возможно, там ничего и не происходит, — тихо произнес он, как будто разговаривая сам с собой. — Возможно, мы все ошибаемся насчет Монса. Возможно, Наполеон ломиться в парадную дверь и игнорирует черный ход.
— Сэр?
— Это дверь с двумя створками, Шарп, во что это такое, — резко начал говорить Ребек, подходя к карте. — Пруссаки — это левая створка, а мы — правая, и когда Наполеон толкнет в стык между двумя створками, то они разойдутся в стороны и дверь окажется открытой.
— Может это как раз то, что он задумал?
Шарп посмотрел на карту. Дорога от штаба Принца Оранского шла на восток через Нивель и вливалась на главную дорогу от Шарлеруа на одном из перекрестков. Если перекресток потерян, то Наполеон уже разделил дверь надвое. Британцы и голландцы беспокоились за Монс, а Шарп взял кусок угля и обвел этот перекресток жирным кругом.
— Вот замок от двери, Ребек. Какие войска ближе всех к перекрестку?
— Веймарская бригада, — Ребек увидел важность этого перекрестка. Он выскочил за дверь и окликнул клерков.
— Мне поехать туда? — предложил Шарп.
Ребек кивнул.
— Но ради всего святого, Шарп, посылайте мне новости. Я не хочу оставаться в неведении.
— Если французы взяли этот чертов перекресток, мы все окажемся в неведении. И надолго. Я позаимствую одну из лошадей Принца. Моя еле дышит.
— Возьмите двух. И пусть лейтенант Доггет едет с вами. Он сможет доставить ваше донесение.
— У этого перекрестка есть название? — Это был важный вопрос, ведь в донесении все должно быть предельно точным.
Ребек поискал на столе более подробную карту, которые рисовали Королевские инженеры и распространяли во все штабы.