– Почему не выставлены постовые у ворот?
– Не знаю, сэр. – Карлайн потупился, и Шарп заметил, что на капитане шёлковые чулки и бальные туфли.
– Кто же тогда знает, Иисус Христос? Иисус Христос дежурный офицер или вы?
– Я, сэр. – выдавил из себя пунцовый Карлайн.
Мимо окон проехали давешние кавалеристы в рабочем платье.
– Эти что здесь делают?
– Ополченцы, сэр. Им разрешено пользоваться нашими конюшнями.
В гнетущей тишине Шарп пересёк гостиную, пробежал взором заголовки поднятой газеты, полюбовался лепниной, нажал клавишу спинета.
– Сколько военнослужащих Первого Батальона здесь, Карлайн?
– Сорок восемь, сэр.
– Подробнее.
Кроме Карлайна и его приятелей имелось шесть сержантов и больше трёх десятков рядовых, – писарей и кладовщиков. Гнев клокотал внутри Шарпа, внешне, впрочем, никак не проявляясь. Сорок восемь человек не спасут Первый Батальон. Шарпу нужен был Второй.
– Вы меня чертовски удивили, если не сказать хуже. Всё нараспашку, часовых нет, а вы устраиваете чаепития и играете в жмурки. По-видимому, с обязанностями солдата, а, тем паче, офицера, вы знакомы плохо. К счастью, у меня есть человек, который может вам эту науку преподать. С вечера сего дня вы поступаете в полное распоряжение старшины Харпера до тех пор, пока я не решу, что ему удалось вколотить в ваши пустые черепушки всё необходимое. Рад вам сообщить, что старшина Харпер тоже прибыл прямиком из Испании. Вы.
Шарп ткнул в Меррила, раздавленного перспективой подчиняться какому-то старшине:
– И вы! – палец указал на Пирса, – Марш во двор. Найдёте капитана д’Алембора и поможете ему собрать личный состав на плацу. Через десять минут я проведу смотр. Живо!
Рады-радёшеньки вырваться из лап ужасного майора, лейтенанты испарились, Шарп с Карлайном остались один на один.
Стрелок взял с тарелки бутерброд, откусил, начал жевать. Пауза затягивалась. Гостиную украшали живописные полотна со сценами охоты, на которых джентльмены в пышных мундирах застыли, обречённые вечно гнаться за вечно убегающей от них лисой. Карлайн подпрыгнул от неожиданности, когда Шарп открыл рот:
– Где подполковник Гирдвуд?
– Откуда мне знать, сэр? – жалобно проныл капитан, будто школьник, оправдывающийся перед строгим учителем.
Шарп с отвращением смотрел на раскисшего Карлайна:
– Вторым Батальоном командует подполковник Гирдвуд?
– Да, сэр.
– Так где же он? И где, чёрт возьми, второй батальон?
Шарп подступил к капитану вплотную. Шарп был выше капитана. От напомаженных кудряшек Карлайна несло чем-то приторно-сладким. Стрелок проникновенно сказал:
– Моего прежнего полкового старшину звали МакЛэрд.
Капитан торопливо кивнул:
– Я встречал в ведомостях его фамилию.
– Меньше месяца назад горемыке распороло живот, и окровавленные кишки вывалились наружу. Он умирал у меня на руках. Зрелище, капитан, малоаппетитное. Надолго отбивает желание жрать пирожные и хлебать чаёк. Но я, клянусь, дам вам шанс испытать то же, что бедолага МакЛэрд. При малейшем подозрении, что вы врёте или виляете, я вырву вам ливер и вобью в глотку. Ясно?
Капитан, казалось, вот-вот упадёт в обморок:
– Сэр?
– Где второй батальон?
– Не знаю, сэр! Не знаю, Господь свидетель!
В глазах Карлайна стояли слёзы, и Шарп ему поверил.
– Рассказывайте, что знаете, капитан Карлайн.
Занятную историю поведал чуть не хныкающий капитан. Укомплектованный под завязку второй батальон ни с того, ни с сего был полгода назад объявлен подразделением запаса. Вербовку прекратили, а затем в один прекрасный день подполковник Гирдвуд собрал всех новобранцев и увёл.
– То есть, как это – увёл? Куда увёл?
– Подполковник Гирдвуд объяснил, что новобранцев распределят по другим полкам. Дескать, война подходит к концу, и армию будут сокращать. Мы послали первому батальону последних рекрутов и всё. – капитан беспомощно пожал плечами.
– Пока что нашу армию усиленно сокращают французы, Карлайн, и нам чертовски нужны пополнения! Вы ведёте вербовку?
– Нет, сэр. Дано указание прекратить.
За окном Патрик Харпер строил на плацу горстку растерянных солдат.
– Подполковник Гирдвуд утверждал, что личный состав распределят по другим частям?
– Так точно, сэр.
– Думаю, известие о том, что все эти семьсот бойцов по ведомостям Главного Штаба до сих пор получают жалованье и пайки, откровением для вас, Карлайн, не станет?
Капитан молчал. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы сообразить, в чей карман полгода уходили средства. Подполковнику Гирдвуду на бедность. Старый, как мир, армейский фокус – получать деньги на несуществующих солдат.