– Но почта-то второму батальону приходит? А, Карлайн? Списки, учётная документация? Куда вы её деваете?
– Отсылаем в военное министерство, сэр.
– Вот как? – Шарп опешил.
Военное министерство руководило военными действиями, снабжением армии и всей бумажной рутиной ведал Главный Штаб.
– Секретарю самого лорда Феннера, сэр. – со значением добавил Карлайн, видимо, в глубине души надеясь, что упоминание столь высокопоставленной персоны укротит буйный нрав майора.
Укротить не укротило, но огорошило. Лорд Феннер, военный министр, поставил в известность Веллингтона, что первый батальон Южно-Эссекского полка намечен к расформированию в связи с отсутствием подкреплений. А подкрепления отсутствовали из-за того, что, как теперь выяснилось, именно с подачи военного министра шесть месяцев назад исчез второй батальон. Картинка вырисовывалась гаденькая: подполковник Гирдвуд при поддержке лорда Феннера обкрадывали армию. Подделывали платёжные ведомости и присваивали деньги.
В коридоре простучали шаги, и в гостиную заглянул Харпер:
– Люди построены, сэр. Сколько их ни есть.
Шарп повернулся:
– Полковник старшина Харпер, это капитан Карлайн.
– Сэр!
Харпер взирал на Карлайна, как удав на кролика. Капитан, привыкший распинаться перед слабым полом в своих воинских доблестях, сейчас чувствовал себя кем угодно, только не воином. Очень уж контрастировали его белые ручки и бальные туфельки с волчьими физиономиями этой парочки.
– Как, по-вашему, старшина, – ровно поинтересовался Шарп, – война сильно притупила мой ум?
Секунду ирландец терзался соблазном утвердительного ответа, но потом субординация победила:
– Нет, сэр. А в чём дело?
– Понимаете, старшина, попотчевали меня любопытным анекдотцем. В некоем полку (назовём его, к примеру, Южно-Эссекским) организовали второй батальон, который обязан был вербовать рекрутов, тренировать рекрутов и посылать пресловутых рекрутов первому батальону в Испанию. Всё правильно, капитан Карлайн?
– Да, сэр.
– Но вдруг, старшина, шесть месяцев назад, второй батальон ни с того, ни с сего превратился в батальон запаса, в армейский отстойник! – стрелок, не мигая, уставился на Карлайна, – Почему, Бог весть. Мы подыхаем в Испании, но кто-то решил, что новобранцы нам не нужны. Но вот чего я не понимаю, старшина: мне кое-кто говорит, что второй батальон стал батальоном запаса, и почта его отсылается в военное министерство, а Главный Штаб и поныне выписывает деньги и жратву на семь сотен рекрутов. Что вы скажете, старшина Харпер?
– Скажу, сэр, что этому самому кое-кому надо вырвать его лживый язык.
– Отличная мысль, старшина. – одобрил Шарп и, впившись взглядом в капитана, рявкнул, – Ты врёшь мне, Карлайн?
– Нет, сэр, нет! Не вру!
Карлайн не врал, но это ничего не меняло. Выбравшись на озарённый солнцем плац, Шарп всё равно пребывал во мраке. Мраке неизвестности. Собранные д’Алембором на поверку нижние чины относились к первому батальону. Второго не было, следовательно, не было подкреплений, без которых участие Южно-Эссекского во вторжении на территорию Франции было невозможно. Единственный человек держал в руках все нити этой запутанной истории, но Шарп сомневался, что лорд Феннер, военный министр, будет откровенничать с каким-то майором.
Мысли теснились в голове стрелка, и он не заметил, как забрёл в оружейную. Одноногий сержант-оружейник широко улыбнулся ему:
– Сэр, вы меня помните?
Имя выпало из памяти Шарпа, но на помощь пришёл Харпер. Ирландец засмеялся из-за плеча:
– Тэд Кэрью!
– Кэрью! – повторил за другом Шарп и вспомнил ветерана, – Талавера!
– Точно, сэр. Стоила мне правого копыта. – он похлопал по деревяшке. – Рад видеть вас в добром здравии, сэр.
Шарп тоже был рад встретить Кэрью, тем более что только сержант, похоже, во всех чёртовых казармах знал своё дело. Оружие было ухожено и вычищено, помещение чисто выметено, документы в порядке. Склад Кэрью одарил Шарпа очередным сюрпризом. Бумаги оказались в порядке потому, что подполковник Гирдвуд, уводя второй батальон, не взял ни одного нового мушкета. Все новые мушкеты, смазанные, с заткнутыми дулами покоились в ящиках под замкнутыми в ножнах штыками. Факт свидетельствовал в пользу утверждения Карлайна о распределении рекрутов по другим полкам, где имелись собственные оружейные.
– Они, что же, безоружными ушли? – уточнил Шарп.
– Нет, с четырьмя сотнями старых ружей, сэр. – сержант Кэрью перелистнул замусоленную страницу гроссбуха, – Вот, сэр. И форму новую оставили, сэр.