Шарп умолк. Лоуфорд отложил сигару и налил себе бренди:
– Каков ваш личный интерес в этом деле, Ричард?
– То есть?
Лоуфорд отхлебнул из фужера, затянулся сигарой и неопределённо помахал ею, выписывая в воздухе сложные крендельки дыма:
– Вы лично что хотите получить?
Шарп замялся. Впутывать Джейн с грозящим ей нелепым браком не хотелось, и он ограничился полуправдой:
– Мне нужны люди, чтобы пополнить ряды Южно-Эссекского и повести его на Париж.
– И всё?
Секунду Лоуфорд недоверчиво смотрел на собеседника, затем рассмеялся:
– Впрочем, что это я? Узнаю Ричарда Шарпа! Кто-то ещё в курсе?
– Ни единая живая душа.
– Кроме вашего сержанта, разумеется. Как он, кстати, поживает?
– В порядке.
– Привет ему от меня. Славный парень, хоть ирландец. – Лоуфорд нахмурился, – Говорите, он убил ополченца?
– Мы убили.
«Мы» позабавило сэра Уильяма:
– Нечаянно, разумеется? Прискорбно, что вы не обошлись без крови. Смерть эта чертовски всё осложняет…
– Но они тоже не камнями в нас кидали! – возмутился Шарп, искренне не понимая, какое отношение имеет убитый ополченец к махинациям Симмерсона, – Ублюдка-то и контрабандисты могли пристрелить.
– Превосходно, Ричард! Его убили контрабандисты! На том и порешим! – оживился Лоуфорд, потушив окурок в серебряной плошке, – Доказательства проведения аукционов у вас есть? Бухгалтерские книги, записи, документы?
– Записи?
– Доказательства, Ричард, письменные доказательства.
– Аукцион я видел собственными глазами!
Сэр Уильям медленно покачал головой, поднял стакан:
– Мой дорогой Шарп, всё, что вы видели – солдат на лужайке Симмерсона. Прочее – домыслы!
Сослаться на Джейн Гиббонс Шарп не мог, ведь, щадя девушку, он умолчал о ней. Впрочем, её свидетельство не было ни бухгалтерской книгой, ни документом.
– Я же видел!
– Это слова, Ричард! – Лоуфорд мягко улыбнулся, – Нам нужны доказательства.
Шарп без сил откинулся на спинку стула. Его душил этот роскошный зал с упитанными господами, чьи подбородки округлыми уступами нависали над шёлковыми галстуками:
– Лорд Феннер божился, что второй батальон существует лишь на бумаге. Я доказал обратное!
Лоуфорд задумчиво произнёс:
– Алчность Феннера общеизвестна. Богат, как Крез, но гребёт и гребёт под себя. Не тот парень, с кем я хотел бы ссориться, понимаете? Во всяком случае, ссориться, не имея козырей.
– Козырь – Фаулнис! День езды от Лондона!
– Ричард! Я верю вам, я на вашей стороне. – Лоуфорд успокаивающе поднял правую ладонь. Пустой левый рукав был пришпилен к кафтану, – Он вам не поможет.
– Он?
– Герцог Йоркский. «Недотёпа Фредди». Он не забыл, как его имя трепали на всех углах два года назад, и не захочет новой шумихи.
Шарп плеснул себе бренди, а Лоуфорд отхватил кончик новой сигары.
– Позвольте, я займусь этим делом, Ричард. Дайте мне разведать подноготную, а тогда вместе подумаем, как быть дальше.
Шарп молчал, и Лоуфорд ухмыльнулся:
– Пока я буду разнюхивать, что к чему, у вас будет возможность полюбоваться в субботу, как Принцишка выигрывает битву под Витторией.
Шарпу было не до игрищ принца Уэльского. Стрелок напряжённо обдумывал предложение Лоуфорда. Шарп не совсем так представлял себе борьбу с Феннером и Симмерсоном. Впрочем, сэр Уильям гораздо лучше Шарпа понимал закулисную механику.
– Значит, герцог Йоркский мне не поможет?
– Эх, Ричард! – вздохнул Лоуфорд, – Вы же общались с Принцишкой. Полагаете, его младший братец лучше? Послушайте, Шарп, встань передо мной задача опрокинуть французскую колонну, я бы с радостью принял вашу помощь, почему же в данном деликатном деле вы боитесь довериться мне? Вы хотите спасти полк?
– Да.
– Так дайте мне возможность сделать то, что я умею! Где вы остановились?
– Постоялый двор «Роза». На Друри-Лейн.
– Я знаю, где это. – Лоуфорд пометил название в блокноте с серебряным обрезом. – Через два дня приходите сюда к завтраку, хорошо? Насчёт приказов возвращаться в Испанию не волнуйтесь, я всё улажу.
Шарп нахмурился:
– Могу я спросить, сэр, что вы собираетесь предпринять?
– Предпринять? – сэр Уильям захлопнул блокнот, – Хитрить. Умничать. Словечко здесь, словечко там, курочка по зёрнышку. Благо парламент на каникулах, можно действовать тишком. А вы, Ричард, – он грозно наставил на Шарпа сигару, – Вы сидите тихо, как мышка в норке, и не дразните жирных котов, ясно?