Возиться с огромной медведицей, получившей к тому же неожиданное заступничество у Мани, мужикам совершенно не хотелось, о чём они тут же и выложили прямым текстом Мане. На что им, тем же прямым текстом, с добавлением ненормативной лексики, описывающим их видовое происхождение, и было указано: во-первых, заткнуться, а во-вторых, думать о том, что можно в данной ситуации делать.
Солнце, однако, на месте не стояло, и за всеми этими передрягами, разговорами и выяснением любовных отношений, как то неожиданно наступил вечер, чем и не замедлил воспользоваться Сидор, поспешивший заявить, что утро вечера мудренее и им пора отдыхать, ужинать и спать. Завтра, мол, опять вставать рано, а впереди, мол, дел полно.
Раздражённая явной попыткой улизнуть от ответственности, Маня тут же встала в боевую стойку и заявила 'несознательным элементам', что спать они пойдут только через её труп, а, учитывая заинтересованную сторону, махнула она рукой в сторону сразу же недовольно заворчавшей медведицы, то трупами будут явно все они, потыкав в каждого пальчиком, причём все трое.
— А уж с дедом, — вперила она грозный взгляд в Сучка, — мы как-нибудь разберёмся.
— Ты, Маня, всё-таки полегче, — мрачно протянул Димон, опасливо косясь на грозную тушу медведицы, по прежнему возвышающуюся за спиной Маши. — Если б хоть идея какая в голову пришла, а то ведь совсем без понятия. Что делать то? — пхнул он кулаком Сидору в бок. — Думай голова, шапку куплю.
— А чё тут думать, — спокойно ответил Сидор, с удобством устраиваясь на соседнем с медведицей пеньке. — Кормить мы никого не обязаны, да и попробуй прокорми такую тушу. И нечего на меня зыркать, — повысил он голос, обращаясь непосредственно к Мане. — У нас самих нет ни средств, чтобы купить продукты, ни самих продуктов. Их ещё заработать надо, — многозначительно кивнул он Мане, собравшейся было в очередной раз возмутиться и тут же захлопнувшей рот.
— Ты, не тяни, — заёрзала всем телом Маня. — Ты дело говори. Явно же что-то придумал, так не мучай, отвечай несчастным брошенным женщинам.
— Ого, — деланно удивился Сидор. — Теперь вы во множественном числе?
— Сидор, — зашипела рассерженной гадюкой Маня. — Ты меня выведешь из себя. Отвечай, мерзавец, что придумал.
— Ладно, не буду мучить, — усмехнулся Сидор. — Значит, слушай сюда, — по деловому обратился он уже непосредственно к медведице. — Тебе хочется кушать. Это понятно. А есть здесь, в это время, кроме рыбы — нечего. Это тоже понятно. Можно, конечно, ловить самим, но сети у нас нет, а того, что на удочку наловишь, тебе и на один зуб не хватит. Да и сидеть на речке, и целый день ловить рыбу, чтобы только прокормить тебя, у нас просто нет времени. Скоро в экспедицию отправляться надо, а у нас кот, — Сидор расстроенным взглядом оглядел плоды их двухнедельного труда, — не валялся. Много же рыбы можно взять только в местах разделки, где икру заготавливают. Причём, — поднял Сидор вверх палец, — на законных основаниях её можно получить только, если работать там.
— Помните, предложение Старосты, — обратился он к Димону с Маней, тут же дружно закивавшим головой. — Поэтому предлагаю скооперироваться. Мы устраиваемся на работу к рыбакам, на весь следующий месяц, и таскаем оттуда столько рыбы, сколько ты только сможешь съесть, хоть обожрись, а ты помогаешь нам с корчёвкой пней.
— Во, — радостно ткнул Сидор пальцем в Сучка, — заодно и просьбу его деда исполним, чтобы к делу пристроили. Чем не занятие, — обратился он уже непосредственно к Сучку. — Сам же спрашивал, чем это мы тут занимаемся. Заодно и разберёшься, — заключил он.
— Э-э, — растерянно протянул Сучок, — а много ли там рыбы будет.
— А кто его знает? Мы что, там хоть раз были? Если судить по тому, что людей там не хватает, то рыбы должно быть много.
— Ну, как план? — обратился он к медведице. — Пойдёт.
Озадаченная, развёрнутой программой, медведица, тем не менее, сразу же обратила свой взор на Маню, явно ожидая, что она скажет. В сложившимся явочным порядком дуэте, она сразу же отдала приоритет Маше и теперь ждала принятия решения.
Маня, преисполненная гордости за доставшуюся нежданно воспитанницу и проникшись своим руководящим положением, тут же устроилась поудобнее на том же пеньке, что и медведица, бесцеремонно подвинув её с насиженного места, на что та безропотно согласилась, убрав на другой край пня свою филейную часть, и открыв рот, чтобы что-то изречь, неожиданно осеклась.
— Ну, чего молчишь? — поторопил её Сидор. — Говори, что хотела сказать.
— А чего говорить, — неожиданно возмутилась Маня. — Занукал совсем. Целый день только и слышу. Ну, да, ну. Говори толком. Как ты это себе представляешь.