— Вот так всегда, — пожаловался Димон Мане. — Сам не спит, и другим не даёт.
— А нечего дрыхнуть, — поддержала та Сидора. — Тебе дай волю, так вообще вставать не будешь.
— Тебе бы, Вехтор, палачом работать, — где-то через полчаса, ворчал не выспавшийся Димон, прихлёбывая горячий кипяток с редкими листиками молодой бруснички. — Никакой заботы о товарищах. Нет бы, поспать спокойно. Ну куда торопишься?
— Куда, куда! — раздражённо ответил Сидор. — На кудыкину гору. Пока ты тут чай хлебаешь. Профессора нашего, может быть, ящеры доедают.
— Ну так, не тебя же, — флегматично откликнулся Димон. — А деньги? — аж задохнулся от возмущения Сидор, — гонорар за поимку профессора. Мы, можно сказать, вступили в лигу 'Охотников за головами', нам надо нарабатывать имидж….
— Вот, это твоё — '..дж' — самое оно, — заметила Маня, утрамбовывая одеяло в рюкзак. — Как только его, старика этого, найдём, так сразу наше '…дж' и повысится.
— Слушай, проводник, — обратилась она уже к парнишке, — а ты, чьих будешь то?
— Что значит чьих? — не понял парнишка.
— Ну, откуда ты, и какого роду, племени будешь? — уточнила Маня.
— А, — откликнулся проводник, — местные мы, староверы.
— А зовут то тебя как, тоже староверы? — насмешливо уточнил Димон
— Не, — засмущался пацан, — Митькой меня кличут
— Для особо тупых староверов, повторяю вопрос, — разозлилась Маня. — Ты, почему по русски разговариваешь, да и почему здесь одни русаки, как я посмотрю. Что? Никто больше сюда не попадает?
— Почему не попадает, — ответил проводник. — Народу разного тут много проходит, только вот русские круче всех.
— И немцы здесь были, и англичане были, не считая иных, прочих. Правда, последние, слабаки оказались. Их быстренько так, за два месяца всего, ящеры съели. Ать, два и готово. Одни только песенки, да винтовки и остались, времён то ли штатовской гражданской, то ли англо-бурской войны. Сейчас то их, поди, и не осталось. Извели на нужды всякие. То на ножи, то на лопаты.
— Как так? — ахнула Маня. — Война кругом, а вы винтовки на лопаты перековали?
— А толку с них, — флегматично ответил проводник и начал загибать пальцы. — Патронов нет, пороху нет. Гильз, тех же, даже если сделаем порох, тоже нет. Ну, ладно, — согласился сам с собой проводник. — Гильзы, положим, отлить можно, но капсулей то нет. Чего ни возьми, ничего нет. Металла, и того в достатке нет. Кузнецов, правда, много есть.
— Они то весь металл и извели, ироды, — принялся жаловаться проводник.
Видимо, они его чем-то достали, или здорово насолили, так как в последующие два часа он ни на минуту не прерываясь, жаловался им, жаловался и жаловался. И на то, что у них и железа то нет, а если и есть, то плохое, и на то, что сабли то они куют плохие, да из сырого железа, и на то, что наконечники де у стрел плохие, гнутся. Опять же куют из сырого железа. На наивный вопрос Мани: 'А что такое есть сырое железо?', - проводник пустился в настолько занудные и путаные объяснения, что даже неспециалистам в металлах, Димону с Сидором, стало понятно, что ничегошеньки то в железе их проводник не понимает, впрочем, как и в кузнецах. Проще говоря — ни бельмеса. Единственное, что они точно поняли, так это то, что какой-то кузнец у парня девку увёл. Вот он им и жаловался, что у кузнецов 'железо сырое'.
— Так что там с англичанами, — не выдержала Маня стенаний парнишки по поводу несчастной любви.
— А что с англичанами, — удивился парнишка. — Я же говорю. Съели. Они, как появились у нас, порядки свои наводить начали, мол у нас винтовки — мы и хозяева, а тут ящеры. И было то тех ящеров всего ничего, сотни три с небольшим. Клан какой-то подгорный, видать заблудился, а может и просто, куда направлялся. Тут их много шляется вдоль берега. То весной, они к морю идут, то осенью, возвращаются…
— С англичанами то, что? — не выдержав занудства, опять перебила его Маня.
— А, с этими то. Да съели же их, говорю. Какие вы непонятливые, право слово.
— Да, как, съели то? Что, вот так взяли просто и съели? А они в очередь стояли и ждали пока их съедят? — заорала взбешённая Маня на непонятливого мальчишку.
— Да чё ты орёшь? Чё непонятно то? Я же говорю, что они тут бегали, своими винтовками махали и кричали на каждом углу, что у них винтовки, а винтовки — это сила, а, если есть сила, то значит и право на их стороне. Вот, как ящеры появились, они и полезли их бить. Ящеров тех, — пояснил он, заинтересовавшейся рассказом публике. — Мы, мол, круче всех. Всем полком построились, знамя развернули, в барабаны вдарили и в штыки на ящера.
— Во, бараны, — покрутил головой пацан. — Штыками, да на ящеров? Такое только англы с саксами и могут.