-- Первую научную работу я написал в двадцать лет, эта не помню уже какая. Мне нужна была машина, и в тридцать лет я написал учебник. А вашему молодому человеку уже следует быть в аспирантуре.
Пинский в своё время одним из первых выступил против СОИ -- программы звёздных войн, лично писал Рейгану, участвовал в международных конференциях, опубликовал работу по разоружению, стал почётным доктором нескольких университетов. Он показывал золотую медаль премии мира имени Индиры Ганди, говорил о необходимости замены "силы оружия всеоружием разума" во благо всех живущих на земле.
Смешливая супруга Аннушка, бывшая его студентка, хотя и жаловалась на головную боль, пошучивала, что Рейган едва не уписался, получив грозное послание профессора. Из Вашингтона прилетело извиняющееся письмо: "Уважаемый профессор, вы меня, к сожалению, неправильно поняли, я совершенно иное имел в виду..." -- с приглашением на брифинг в Белый Дом. И только недостаток времени не позволил профессору вразумить президента.
А Маркин выдвинул лозунг -- заменим мечи на орала, а СОИ на сою!
Все смеялись.
-- Аннушка окружена заботой, -- на обратном пути поделилась мнением казачка, -- но ей недостаточно мужской ласки. Жаль, хороший дядька. И её жалко. Но вместе они не продержатся.
Маркину было не до аспирантуры. Он только начинал жить.
Мать, верно, жаловалась отцу. При случайной встрече с Маркиным-младшим на проспекте Ленина отец сказал без обиняков:
-- С кем ты сейчас дружишь, Лёня?
-- Папа, пожалуйста, не спрашивай ничего.
-- Не спрашиваю, -- усмехнулся отец и внимательно посмотрел на него. -- Но женщина хорошая?
-- Хорошая.
-- Самое главное. Рома тоже отзывается положительно. Шутит, тебе достались его гены.
-- Ну, деда Рома!..
-- Не обижайся, он непосредственный. Попросил бы -- он бы молчал... Заходи ко мне.
-- Зайду.
Отец познакомился с матерью в её фельдшерско-акушерском пункте в пригородном селе, будучи со своими студентами на сельхозработах. Его бывшая супруга уехала с маленькой дочкой в Израиль. В кабинете отца на стене висела акварель "Виноградники Галилеи", написанная сводной сестрой Маркина -- прозрачный, трепещущий цвет, и какой-то бескрайний простор.
Приезжал в отпуск Сашка, уже ответственный секретарь газеты и с другой женой -- домовитой, заботливой заведующей городским библиотечным коллектором. С первой детишек так и не нажили, а со второй -- мальчонка.
Сходили вчетвером в ресторан. Сашка был воодушевлён перестройкой, говорил громко -- я не принимаю еврейскую скрытность, русскую расхлябанность, польскую спесь, украинский цинизм, армянское плутовство... Этот список он мог продолжать долго.
-- А ты резкий и категоричный, как бензопила "Дружба", -- пропела казачка.
Сашка поразился:
-- Наш человек! Одобряю. Давай пять.
И хлопнулся с её ладошкой.
Выходили в туалет. Сашка, закуривая, произнёс:
-- Она прелесть. И какой чистый лоб. Но у неё неясное прошлое.
Да что неясного. Бывший муж её, главный механик фабрики, жизнерадостный и общительный, был, вероятно, крепким и поглощённым собой. На работе всем с подробностями рассказывал, что и как у него происходило последней ночью. Вот и первая трещина в отношениях. Для него самовосхваление, для неё -- как голой на площади стоять, и все смотрят. И снова ложиться в постель в режиме репортажа для всего света.
А однажды в неурочный час она пришла домой -- он в постели с женщиной. Она сдёрнула с них одеяло, а он без трусов. И, конечно, сакраментальная фраза: "Я тебе сейчас всё объясню..."
-- "Это совсем не то, что ты подумала..." -- подхватил Сашка. -- Ну-ну, но ты всё-таки не так восторженно, не надо браться за предмет так горячо. Всё же ты не трубадур.
Недоговорённое было -- а она не принцесса.
-- Иди в баню, -- ответствовал Маркин.
Обойдёмся без ваших советов. Она наполняла и завершала его.
Женщины спелись на готовке. Казачка со всеми находила общий язык, библиотекарша обожала овощные блюда. Казачка кухню знала, но не очень много уделяла ей времени, готовила быстро, и обычно простую и здоровую еду.
Библиотекарша прониклась -- обнимашки, целовашки. Казачка посылала ей кулинарные книжки -- с этим в Кишинёве было хорошо, а та дефицитные литературные журналы. А когда Сашка развёлся с нею, слала расплывающиеся от слёз письма.
IV. Прощай, оружие
На работе к Маркину подошёл Медведев. Езжай на курсы в Москву. Зачем, не поеду. Поедешь! Вернёшься, примешь группу видеозаписи.