С этого момента сражение уже шло молча и на равных. Несмотря на разницу в оружии противникам удавалось и нападать, и защищаться. Со стороны это было бы увлекательным зрелищем. Жаль, что зрители отсутствовали. Правда, чуть поодаль собралось около двух десятков черных кроликов, которые внимательно наблюдали за действием людей. Исходя из того, что известно об этих самых кроликах, легко было сделать вывод: они ждут, когда один из противников добьет другого, а потом планируют полакомиться свежим мясом. Да, хищные плотоядные кролики — это любопытная тема. А невинные мордашки и пушистые хвостики — лишь прикрытие. Да и травку черные кролики щиплют лишь для отвода глаз и за неимением нормальной белковой пищи. Такие уж это существа.
Кто же пойдет на корм кроликам? Если сперва единственным кандидатом на эту роль был Гай Юэ, то теперь расстановка сил заметно изменилась… Сражение шло с переменным успехом для обеих сторон. Гай Юэ уже впал в азарт. Ему больше не хотелось сбежать. Нет! Наоборот, он изо всех сил старался достать обнаглевшего заклинателя. И доказать ему, что не стоит рассматривать писателей как совершенно не приспособленных для реальных сражений, мягкотелых созданий. Тем более, удивительный меч активно помогал — будто направляя движения руки своего владельца. Пусть не совсем законного владельца, но кого в данный момент это волновало?
И все же Гай Юэ проявил гуманизм. Выдохнул:
— Предлагаю ничью! И расходимся…
— Ни за что!
Цзя Бай не оценил это благородное предложение. Что ж… Гай Юэ занес меч и бросился на заклинателя. Остановить писателя, впервые ощутившего азарт битвы, было уже невозможно.
“Блистательный удар” вошёл в солнечное сплетение заклинателя. Хлынула кровь, растеклась по верхнему одеянию. Шест выпал из рук заклинателя, и тот рухнул на землю.
Гай Юэ, пока не успевший осознать, что именно произошло, с торжествующим видом спросил:
— Хочешь добавки?
Умирающий заклинатель пробормотал:
— Будь ты проклят! Еще вспомнишь обо мне…
Это были его последние слова. Из уголка рта вытекла тонкая кровавая струйка, глаза закрылись. Тело дернулось несколько раз, вытянулось и осталось абсолютно неподвижным.
Гай Юэ, не остывший от жара битвы, удивлённо спросил:
— Эй, в чем дело?
Он присел на корточки и ощупал тело противника. Пульса не было…
— Гуру, он что, умер?!
Гай Юэ лишь сейчас вспомнил о нем, зато сразу получил ответ:
— Конечно же, умер. Если проткнуть человека мечом, то человек довольно часто умирает. Заклинателей это тоже касается.
— Но я не хотел его убивать! Просто оборонялся…
— Так чем вы недовольны? Сумели защититься и победить опасного противника. Отличный результат. Плюс семьдесят пять баллов. Поздравляю.
— Не нужны мне эти баллы! Я не хочу убивать никого вообще.
— Что за капризы? Иначе он бы просто убил вас. Вы предпочитаете такой вариант?
— Ничего я не предпочитаю! Я теперь убийца из-за… из-за…
Гай Юэ запнулся, поскольку не мог точно сформулировать, из-за чего, собственно это произошло. Из-за дурацкого сюжета? Но он сам его придумал. Возможно, не слишком удачно. Из-за Гуру? Но тот не умел физически воздействовать на происходящее. Из-за Цзя Бая? Вообще, да. Но тот был уже мертв и поздно было предъявлять претензии… В итоге вместо того, чтобы высказывать претензии, Гай Юэ уронил меч на землю и залился горючими слезами.
Некоторое время Гуру хранил молчание, потом все же произнес:
— Вы собираетесь сегодня продолжать путь?
Ответа он не дождался.
— Успокойтесь уже. Цзя Бай был отвратительным и злобным персонажем. Загубил многих. Какой смысл лить слезы?..
— Какая разница? Все равно я не должен был…
— Да, убивать в первый раз обычно тяжело. Но со временем вы привыкнете.
— Никогда я не привыкну! Лучше сдохну сам…
— Послушайте, все это очень трогательно, но бессмысленно. А вы тут рыдаете так, словно сердце сейчас разорвется. Оно, кстати, снова начало биться. Вы заметили?
Но даже этот удивительный факт не утешил писателя. Хотя в любой другой момент вызвал бы восторг. Впрочем...
— Идиот! Нашел, чем утешить! Оно давно уже бьётся! Я и без тебя заметил...
— Прекратите истерику, — Гуру повысил голос. — Хватит рыдать из-за сущего пустяка.
— Даже это уже нельзя?..
— Можно. Только не здесь и не сейчас. Здесь нет антидепрессантов и плакаться в жилетку некому.
Гай Юэ только отмахнулся. Он оплакивал даже не только то, что вдруг стал убийцей. Его охватили накопившийся за последнее время ужас, напряжение и абсолютная безысходность. За что ему выпала такая судьба? Блуждать во мраке и неизвестности, в мире, где тебя все ненавидят и мечтают убить... Ему придется и дальше убивать? Рано и или поздно он и сам окажется жертвой. Это ведь неизбежно…