Дракон облизнулся.
— Пахнет вкусно. Ладно, давай сюда свою свинью. Попробую, что ты там наготовил.
Бай И с поклоном доставил угощение дракону, и тот по достоинству его оценил.
— Гм, жареное мясо — и впрямь вкусная штука. Я как-то пробовал поджарить тушу оленя, но пламя из моей пасти слишком сильное. От целой туши остались одни угли. А откуда такой приятный острый привкус?
— Это специи, господин, — пояснил дракон. — Если вам понравилось, я могу готовить такие блюда для вас.
— Да, это было неплохо. Так о чем уж ты хотел меня попросить? — произнес заметно подобревший дракон. Бай И удалось найти к нему правильный подход. К тому же, дракону понравились льстивые речи. Несмотря на свою молодость, Бай И уже прекрасно знал, на какую удочку можно поймать собеседника и умел этим пользоваться.
Он ответил:
— Я сам собрал все сведения, которые только мог. Все говорит за то, что с моими родными расправились пришлые люди. Пробрались в город ночью и ночью же ушли. Думаю, это наемники, которых кто-то нанял, чтобы отомстить моему отцу. В молодости он был известным странствующим воином и вступил в противоборство с одним могущественным кланом. По крайней мере, я помню, как он рассказывал о своих приключениях. А потом, когда отец женился, стал чиновником и осел в нашем городке — все приключения закончились. Ему нужно было кормить семью. С тех пор он уже точно не обзавелся новыми врагами. Вся его жизнь была как на ладони.
— Жаль, что он не применил свои боевые навыки в ту ночь.
— Ведь его убили во сне. Надеюсь, отец не успел ничего почувствовать и умер сразу. По крайней мере, так предположил врач, который осматривал тела.
— Да уж, скверная история. Вы, людишки, вечно пакостничаете друг другу и наносите удары исподтишка. И все-таки, чего ты хочешь от меня?
Глава 20
Сквозь мутное сонное марево настойчиво пробивался некий звук. Гай Юэ не сразу осознал, что это повторяется одно и то же слово:
— Хозяин, хозяин!..
Сон разжал свои объятия, и Гай Юэ сел, оторвавшись от земли, на которой лежал, будто его с силой толкнули в спину.
— А?! Что?!
В ответ послышалось:
— Хозяин, я просто хотел сказать…
— Это ты, Блистательный? Что случилось?!
— Я просто хотел сказать, чтобы вы спокойно спали и ни о чем не переживали. Я надёжно охраняю ваш сон.
— Я и так спал спокойно!!!
— Ну, я позволил себе напомнить…
— А я запрещаю тебе разговаривать среди ночи! Понял?
— Конечно, как скажете, дорогой хозяин.
Гай Юэ улёгся на бок и закрыл глаза. Казалось, в уже в следующий миг сон снова примет его, однако тут Блистательный громко и выразительно произнес:
— Для меня большая честь хранить ваш сон.
— Заткнись! И чтобы ни слова до самого утра!
— Как вам будет угодно, хозяин.
— Ты замолчишь когда-нибудь?!
— Так я же молчу, как вы приказали.
— Вот и молчи.
Гай Юэ повернулся на другой бок, стараясь устроиться поудобнее. С тоской вспомнил об одеяле, которое стащили у него подлые карлики. Без одеяла так жестко, и земля холодная, будто совсем остыла… Потом он все же нашел более-менее удобную позу, свернулся клубком и положил под щеку ладонь. Только начал засыпать, как сон снова вспугнули:
— Спокойной ночи, хозяин. Приятных сновидений!
— Если сейчас же не заткнешься, закину тебя куда-нибудь подальше! Искать не буду! Останешься тут один.
Угроза подействовала. Болтливый меч действительно примолк и больше не нарушал ночную тишину. Однако было уже поздно. Во всех смыслах — и относительно времени суток, и относительно способности Гай Юэ уснуть. Он беспокойно ворочался с боку на бок. В голову неотступно лезли мрачные мысли, одна хуже другой. Он перебирал в памяти все ужасы своего нынешнего положения, все отчётливей осознавая, насколько оно безнадежно. Вспоминал собственные ошибки и промахи, которые, возможно, привели к тому, что он оказался в отвратительном и опасном мире. Конечно, же, раз десять представил поворотную сцену, когда очкарик выстрелил в него… Если бы он тогда чуть отклонился влево… или вправо… Если бы пистолет дал осечку... Если бы на входе посетителей тщательно досматривали… Почему их не досматривали?! Почему убийца смог пронести пистолет?! Почему писатель стал жертвой? Что творится сейчас в его прежнем мире? Схватили хотя бы преступника или ему удалось скрыться? Был он психом-одиночкой или остальные в зале являлись его сообщниками? Может их нанял какой-то конкурент Гай Юэ, мерзкий завистник, жалкий графоман, не способный конкурировать честно… Да, конечно, именно так и было! Кто же это? Цинь Цао? Моринар? Фань Яньлинь? Скорее всего как раз Фань. Это на него похоже, он способен на любое злодейство… Потом Гай Юэ мысленно перенёсся в свою квартиру — уютное убежище, где он так долго скрывался от реальности и творил новые миры. Наверное, дверь вскрыли. Ведётся следствие, специалисты стараются выявить связь между жертвой и убийцей… есть ли такая связь? Может, это все же не собратья/враги по перу? Может, очкарик это какой-то изменившийся до неузнаваемости бывший одноклассник или однокурсник Гай Юэ? Решил отомстить за давнюю обиду? Но Гай Юэ, вроде бы, никого не обижал и не травил. Старался существовать мирно в окружении собственных фантазий… Сколько задуманных историй ещё не закончено, сколько замыслов пропало, сколько отличных сюжетов! Он вспомнил о книге, над которой работал в последнее время. Теперь все пропало, он никогда не закончит этот роман, который должен был стать вершиной писательской карьеры. Что теперь будет с его книгами? Что будет с набросками, черновиками, планами? Ведь было столько планов, но их безжалостно уничтожили вместе с жизнью. Кому перейдут права? Он не оформил никакого завещания. Кто же пишет завещание в тридцать восемь лет… И кто же мог знать, что ждёт впереди, совсем скоро… Родители, наверное, откажутся от такого наследства. В их возрасте уже трудно возиться с издательствами и агентом. Вероятно, все возьмёт на себя сестра… Но сумеет ли достойно справиться? Она ведь вечно занята и куда-то спешит… К тому же, у них были не самые теплые отношения. Сестра никогда не воспринимала его творчество всерьез. Читала только самые первые романы Гай Юэ. А остальные, по ее словам, откладывала на потом. Возможно, теперь раскаивается, что не ценила брата. Только уже слишком поздно. Надо было заранее внушить ей… но такие люди как она, совершенно невнушаемы… сейчас она и все, кого прежде знал Гай Юэ, мирно спят в комфортной реальности, а он вынужден мучиться в реализовавшихся фантазиях. Завтра придется продолжить путь к Вратам ярости… Сумеет ли он туда добраться или сгинет по дороге? И сможет ли добыть и донести до цели проклятый алый лёд?! Что это вообще за лёд такой? Гай Юэ долго копался в памяти, но так и не удалось припомнить ничего похожего. Может, снова воплотившаяся случайная метафора?..