Глава 42
По очертаниям уже можно было догадаться, что навстречу, с правой стороны дороги не торопясь, на мягких лапах движется кто-то, напоминающий гигантскую кошку… Тигр! Хотя для обычного тигра он был крупноват. Это угадывалось даже на расстоянии. А расстояние неизбежно сокращалось. Попробовать свернуть с дороги и скрыться? Но уже поздно, тигр их явно заметил. Глаза, мерцающие синим светом, уставились прямо на путников.
— Учитель, — прошептал Шао Баожай. — Дайте мне ваш второй меч. Вдвоем мы отобьемся. — Он обернулся к Ши Чзицяну, скорчившемуся от ужаса рядом, и сунул ему в руки спящего младенца. — Беги и прячься! А мы с учителем…
— В этом нет необходимости, — спокойно произнес Гай Юэ. — Я справлюсь один. Стойте пока на месте.
Он ускорил шаг и вот уже оказался буквально в пяти шагах от хищника. В трёх… в двух… На широкой тигриной груди поблескивало жемчугом, перламутром и крупными сапфирами драгоценное ожерелье. Усы, словно охваченные тонким слоем инея, тоже блестели. Темные полосы на светлой шкуре, если внимательно приглядеться, были не черными, а темно-синими, будто чернила. А ещё можно было подойти совсем вплотную и положить ладонь на тигриную голову, покрытую густой мягкой шерстью, очень приятной на ощупь. Гай Юэ с удовольствием погладил тигра по макушке, потом запустил пальцы в теплую шерсть на загривке.
— Привет-привет.
Ему ли было не узнать великолепного тигра-оборотня Мэнчао? Ведь именно фантазия Гай Юэ сотворила это великолепное, грациозное и, в сущности, довольно безобидное создание. Он твердо помнил, что тигр охотно откликается на ласку и ни на кого не нападает, если ожерелье на его груди выглядит так, как сейчас. В такие периоды он не опасней домашнего кота. А вот если среди жемчуга и перламутра загорятся кроваво-красные рубины, тогда… Но тогда Гай Юэ ни за что бы не подошёл к собственному созданию. Он же не собирался в ближайшее время превратиться в растерзанный труп. А пока можно было потискать роскошного, здоровенного зверюгу, чья холка была заметно выше талии Гай Юэ. Тигр довольно урчал и сам подставлял то лоб, то уши, то шею под ласкающие его руки.
Краем глаза Гай Юэ посмотрел на своих остолбеневших спутников. Было слишком темно, чтобы рассмотреть выражения лиц Шао Баожая и Ши Чжицяна, но и дурак бы смекнул: они в полном восхищении. Гай Юэ стал для них истинным героем.
Тигр громко урчал, выпуская от удовольствия когти, подобно самому обычному коту, и терся огромной головой о бедро Гай Юэ. Наконец тот утомился и сказал:
— Ладно, дружище, хватит на сегодня. У меня уже руки устали. Иди-ка ты по своим делам.
Тигр на прощание дружелюбно ткнулся широким лбом в живот Гай Юэ, слегка не рассчитал силы, и тот едва удержался на ногах. Потом тигр и впрямь двинулся в прежнем направлении. Шао Баожай и Ши Чжизян немедленно отскочили к обочине, а зверь важно прошествовал мимо, не обратив на них ни малейшего внимания.
Гай Юэ сдул с ладони шерстинку и небрежно позвал своих спутников:
— Если не очень устали, пройдем еще немного. А потом пора будет устраиваться на ночлег.
Они торопливо приблизились и последовали за своим великолепным лидером.
— Учитель, — восторженно воскликнул Шао Баожай, — вам покоряются даже самые свирепые и опасные хищники!
— Пустяки, — с достоинством ответил Гай Юэ. — Главное — не бояться, звери это сразу чувствуют.
Больше никто из младшего поколения не нарушал воцарившегося благоговейного молчания до самой остановки на ночлег. Путники свернули с дороги вправо и расположились неподалеку от родника, стекающего в реку. В отличие от большинства здешних мест, на этом участке пейзаж выглядел неплохо и даже романтично. А может, Гай Юэ просто привык к новой реальности и начал находить красоту даже там, где другой человек ее бы в упор не заметил. Кривоватый лунный диск отражался на темной поверхности воды, неутомимое течение спешило в сторону города. В колючих кустах, росших там и сям на каменистом склоне, копошились какие-то мелкие твари. В принципе, можно было свернуть не вправо, а влево. И тогда пейзаж вблизи был бы гораздо спокойнее и однообразней — унылая равнина с камнями да травой. Однако Гай Юэ выразил желание заночевать ближе к реке, и его спутники моментально подчинились. Приятно было осознавать, что недавняя сцена на дороге вознесла его и так высокий авторитет до невиданных высот.