Томас отпустил Рафа, и Мирча, не теряя времени, бросился к потайной двери, возле которой маячил Билли. Едва Раф проскочил за нами, как защита пала и в комнату хлынули люди. Что-то крикнув, Приткин оттолкнул Томаса. Крепко сжимая меня в руках, Мирча стремглав бежал по коридору. Я слышала, как за нами с шумом закрылась магическая защита. Последнее, что я успела заметить из-за плеча Мирчи, был Томас, которого повалили на землю и схватили за горло. Комнату заполнили вооруженные с ног до головы люди; мне не нужно было гадать, кто это, ибо с первого взгляда было видно, что это маги-воины. Повернувшись к ним лицом и злобно ухмыляясь, стоял Приткин; в этот момент коридор сделал поворот, и мы оказались во внутреннем святилище.
Глава 14
Это была маленькая комната, может быть, десять на двенадцать футов; стены, пол и потолок были сложены из голого камня. Комнату освещали два светильника, расположенные по обеим сторонам довольно простого металлического шкафа, место которому было скорее в каком-нибудь офисе, чем в подземелье обители волшебников. Посреди комнаты неподвижно, как статуя, стояла консул, держа в руке маленький серебряный шар. За распахнутыми дверями шкафа виднелись полки, уставленные черными коробками.
Не тратя времени на приветствие, я выплеснула содержимое бутылки на себя и Мирчу. Едва жидкость коснулась меня, как с глаз словно спала пелена. Я могла видеть каждый образ и воспринимать ощущения так ясно, словно перелистывала страницы книги. Мирча опустил меня на пол, и я уцепилась за него, как только мои ноги коснулись пола. Образы, витавшие у меня в мозгу, наслаивались один на другой, создавая что-то вроде двойного зрения, из-за чего меня слегка пошатывало.
– У вас не более пяти минут, – сказала консул так спокойно, словно мы говорили о погоде.
– Я знаю, – ответил Мирча и взглянул на меня. – Ты готова?
Я кивнула. Я уже видела сцену, которая была мне нужна. Два человека, и один из них – Луи Сезар.
– Я попытаюсь вселить нас с тобой в два тела, чтобы у нас было больше времени. Мы сможем впитывать энергию, как это делает Билли, только я не уверена, что у меня получится. Понимаешь, я никогда не делала этого специально, – сказала я и взглянула на Билли-Джо. – Давай.
– Слушай, Кэсси, я…
– У нас мало времени, Билли. – Я смотрела, как призрак входит в мое тело, с которым я, может быть, прощалась навсегда, и на секунду увидела Билли таким, каким он был бы, если бы был жив. – Если я не вернусь, постарайся покончить с Тони и освободить моего отца. Обещай.
Трудно сказать, смог ли бы Билли сдержать обещание; впрочем, когда он хочет, то становится на редкость изобретательным.
Он медленно кивнул. Затем превратился в облачко искрящейся энергии и окутал меня, как одеяло. Я приняла его с радостью, даже не обратив внимания на последнюю картину его жизни: он играет в карты и жульничает; наконец я почувствовала его у себя внутри. Пора было начинать. Сконцентрировавшись на сцене, которую сама выбрала, я вновь увидела полутемную комнату, ощутила легкое дуновение прохладного ветерка и почувствовала запах дыма, роз и секса. Затем земля ушла у нас из-под ног, и мы начали падать.
Удар о землю был таким сильным, словно я спрыгнула со второго этажа, но я не обратила на это внимания, потому что меня затопила волна разнообразных ощущений. В тусклом свете свечи надо мной мелькнуло лицо Луи Сезара, и в следующую секунду мы соединились. Я вскрикнула от удивления, но не от боли. Я не почувствовала боли, как предупреждал меня Мирча, наоборот, это было прекрасно. Я смотрела, как он приподнялся, потом вошел в меня вновь, и мне захотелось одного – чтобы его движения были более быстрыми и сильными. Я царапала ему спину, но он не обращал на это внимания. Заглянув ему в глаза, я увидела, что они стали восхитительного янтарного цвета, какого у Луи Сезара никогда не было – ни при жизни, ни после смерти.
Мне было трудно сосредоточиться, ибо мои мысли мешались с мыслями женщины, в чьем теле я находилась. Я видела лишь капельки пота на лице и груди мужчины – женщина захватила меня целиком. Запустив руку во влажные густые волосы Луи Сезара, я притянула его к себе. Он продолжал двигаться в том же ритме, лишь слегка изменил угол, и тогда мы оба издали стон. Я провела языком по его коже, пробуя ее на вкус, и его лицо расслабилось. Обхватив ногами его талию, я глубже втянула его в себя, напряглась, и Луи Сезар прерывисто вздохнул. Схватив его за волосы, я нагнула его голову и прижалась губами к его губам. Он вскрикнул и сбился с ритма.
Я засмеялась, и он вновь начал двигаться, словно никак не мог остановиться, будучи не в силах удовлетворить непреодолимое желание. Я понимала его, поскольку во мне росло двойное желание – мое собственное и той женщины, которой хотелось одного – удовлетворения; мне, кстати, тоже.