– Верно, но, проникнув в прошлое, он сможет сделать так, что я не стану вампиром. Понимаете? Меня вообще не будет.
Я немного подумала, стоит ли упоминать об очевидном. Потом решила рискнуть.
– Не хочу вас обижать, – осторожно начала я, – несомненно, ваша рапира – прекрасное оружие, но вам не кажется, что консул могла бы выбрать кого-нибудь другого? Она возглавляет Сенат уже две тысячи лет и должна хорошо знать людей.
– Согласен – К счастью, Луи Сезар не обиделся. – Если я откажусь от поединка, она назначит кого-нибудь другого.
– Тогда в чем проблема?
– Проблема в том, – сказал Мирча, – что Распутин не проиграл ни одной дуэли. У консула большой список претендентов, однако никто не может быть уверен, что справится с таким ловким магом, как Распутин. Луи Сезар выиграл больше боев, чем все претенденты, вместе взятые. Он должен участвовать в дуэли и должен победить.
– А в чем будет состоять моя роль? – спросила я, испытывая нехорошее предчувствие.
– Нам нужно следить за тем, dulceată, чтобы Распутин не изменил время. Мы хотим, чтобы ты проникла в прошлое и не позволила ему помешать обращению будущего победителя.
– Как она это сделает? – спросил Томас, опередив меня. – Как помешает произнести слова проклятия?
Луи Сезар взглянул на Томаса как на сумасшедшего.
– Какого проклятия?
– Разве не из-за него ты стал вампиром?
– Ты прекрасно знаешь, что нет!
В этот момент в окне мелькнуло серое облачко; это был Билли-Джо.
– Я что-нибудь пропустил? – спросил он.
– Вы оба сошли с ума, – заявила я. – Жаль нарушать чьи-то планы, но я вовсе не собиралась умирать ни ради консула, ни ради кого бы то ни было. – На что это вы намекаете? Да, я забрала Томаса с собой. Да, это произошло по ошибке, но если и Черный круг знает, как это делать, то давно этим пользуется. Кто-то специально заставил цыганку повстречать Луи Сезара, но это была не я. Вы что, не понимаете, что, путешествуя во времени, я могу столкнуться с Распутиным, а я вовсе не дуэлянтка!
– О чем речь? – повторил Билли, но я не обратила на него внимания.
– Ты забрала с собой Томаса, когда переселилась в его тело. Сивилла этого не умеет. Это сказал нам Приткин, dulceată.
– Приткин – идиот, – отрезала я. – Мы не знаем, каким образом получилось так, что Томас последовал за мной в прошлое. Возможно, все произошло из-за того, что я к нему прикоснулась. А что, если это умеет и сивилла?
Билли завис перед моим лицом, и на комнату словно накинули прозрачное покрывало.
– Нужно поговорить, Кэсс. Ты не представляешь, что я обнаружил у Данте!
Я приподняла бровь, но промолчала. Мне не хотелось волновать вампиров. Мы с Билли поговорим позднее.
– Консул назначила меня вторым дуэлянтом, после Луи Сезара, – глянув на меня, сказал Томас. – Я справлюсь с Распутиным.
Я просияла. Все, что угодно, лишь бы мне не пришлось встретиться лицом к лицу с этим сумасшедшим монахом.
К сожалению, Мирча не был столь уверен в Томасе.
– Извини, мой друг; я не сомневаюсь в твоих способностях, но как умеет драться Распутин, я видел, а ты – нет. А там, где речь идет о моей жизни, я предпочитаю надежность.
Билли отлетел в сторону и подбоченился.
– Ну ладно, теперь говорить буду я, а ты слушай. Я забрался в голову той ведьмы, которую ты освободила; потом она сбежала вместе с пикси. Так вот, выяснилось, что Тони и Черный круг продавали колдуний эльфам, а знаешь, где они их доставали? В смысле, белые рыцари тотчас бы заметили, если бы пропало сразу несколько колдуний.
Я посмотрела на Билли. Говорить с ним сейчас было примерно то же самое, что сидеть с открытым ртом в зубоврачебном кресле и слушать болтовню гигиениста. В любом случае отвечать Билли я не могла.
– Я убью Распутина, – твердо заявил Томас, но Луи Сезар лишь фыркнул, словно чихнул кот, и что-то буркнул по-французски.
– Сто лет назад ты меня не убил. Не думаю, что с тех пор ты стал сильнее.
– Просто тебе тогда повезло! Этого бы не случилось, если бы была еще одна дуэль.
– Мне не нужна дуэль, – сердито сказал Луи Се-зар. – Ты и так мой.
Я заморгала в растерянности. Может быть, я что-то пропустила, пытаясь участвовать сразу в двух беседах? У хозяина и слуги связь сильнее, чем та, что была между Томасом и Луи Сезаром. Черт, да если бы Тони попытался убить Мирчу, он не стал бы с ним разговаривать.
– Разве твоего хозяина зовут не Алехандро? – спросила я Томаса.