«Я предала его. Оказалась слабой и расчетливой. Кроме себя винить некого?»
Тот день в памяти остался тяжёлым воспоминанием, долгое время отравляющим её жизнь.
Начало апреля. Стасова снова нет в школе. Его телефон молчит. Саша извелась от переживаний. На третий день отсутствия Ивана в классе, она решает отправиться к нему домой. Раньше он не забывал позвонить.
«Что же случилось?»
Саша поинтересовалась у одноклассников:
– Кто-нибудь знает, где живет Стасов?
– Быстро получила ответ:
– Ну, если ты не знаешь, где он проживает, то мы и подавно.
Ее осенило – Никита. Вот кто должен быть в курсе. Что художник общается с Иваном, она поняла по некоторым фразам, обронённым Стасовым. Саша набрала номер телефона Игнатова.
– Привет. У меня к тебе просьба. Дай мне адрес Вани. Его нет в школе уже три дня.
В трубке раздались гудки. Она решила, произошел сбой, и абонент стал недоступен, но тут её телефон ожил.
– Послушай, с Иваном теперь порядок. А не мог позвонить, потому что телефон разбился. Тебе не стоит идти к нему домой. Стасов не хотел, чтобы ты знала, как живет его семья. Он не приглашал тебя, и ты должна уважать его желание.
– Ники, пожалуйста, скажи, что с ним?
Игнатов откашлялся и сдавленно произнёс:
– Он в больнице с сотрясением мозга и переломом ребер.
– Что? В какой больнице? Я могу хотя бы туда поехать? – стала умолять его перепуганная Саша.
– В центральной. В отделении травматологии, – нехотя сообщил Никита и пробурчал: – Стасов меня убьёт.
«Неужели все, что говорили об Иване, правда? Он в банде и снова пострадал в драке. Может, я его не знаю и Ваня на самом деле совсем другой?»
Она старалась быть хорошей девочкой, слушала маму, подруг. Ваня не хотел говорить о себе, перестала спрашивать. Приходил в школу в синяках – жалела и молчала. Не говорил, где живет – не интересовалась. Всю свою небольшую жизнь, как страус прятала голову в песок. В результате, не знает человека, которого любит!
Саша решилась: «Поеду в больницу».
В приемном покое ей повезло: юная медсестра прониклась её страхом и пропустила в палату. Саша открыла дверь и робко вошла в комнату. Остро пахло лекарством. У окна лежал забинтованный мужчина, ближе к двери старичок с испитым лицом. Ещё две кровати, застеленные застиранными покрывалами, пустовали. С кровати, стоящей у стены, на неё смотрел Стасов. Он не обрадовался ей. Ногами, ставшими деревянными, Саша подошла к нему и присела на краешек постели. Стены, выкрашенные грязно-серой краской, угнетали. Лампа дневного света натужено гудела и часто моргала. Из-под тумбочки выполз таракан и скрылся под шкафом.
– Не нужно было приходить, – медленно, но чётко выговорил Иван.
– Я волновалась. Ты не появился в школе, – пролепетала Саша, напуганная его видом.
Пол-лица Стасова занимал багрово-чёрный синяк. Губы разбиты. Грудь забинтована. В палате тепло – простынь укрывала его по пояс. От жалости слезы навернулись Саше на глаза. Она погладила неповрежденную сторону лица.
– Что случилось?
– Ничего страшного. Сломана пара ребер, вот и забинтовали. Через неделю буду, как огурчик. Не переживай, – он улыбнулся опухшими губами.
– Кто это сделал? Нужно подать на них в милицию! – возмутилась она.
Иван повернулся и охнул от боли. Глаза его потемнели. В голосе послышалась досада.
– Я разберусь сам. Не вмешивайся.
– Нельзя же все время спускать хулиганам. Я принесла тебе соки и фрукты.
Саша достала из пакета покупки и сложила их в тумбочку. Снова присела рядом. Коснулась повязки на груди.
– Очень больно?
Кожа Ивана покрылась мурашками.
– Терпимо, если не двигаться. Саш, иди домой. Никита обещал принести свой старый телефон. Я буду звонить тебе. Иди, пожалуйста, – голос его дрогнул. Он сглотнул комок в горле и сказал твёрже: – Иди.
Она вышла в коридор. У столика дежурной разговаривали две медсестры.
– К Стасову девушка пришла, а до этого только один парнишка и появлялся. Интересно, где его родители? Милиции он ничего не сказал. Объяснил, что напали неизвестные хулиганы, лиц в темноте не разглядел.