Но не настолько Илья был нетрезв, чтобы купиться на этот фокус. Он с готовностью предложил принять ванну вместе с ней.
- У меня очень большая ванна, она уместит нас обоих, а есть ещё джакузи. Ты согласна на джакузи, дрянная девчонка? - он понял, что совсем потерял голову от этой девушки.
Алла согласно кивала головой и плавно шла в сторону ванной комнаты, покачивая бёдрами и расстёгивая блузку. Оборачиваясь, она игриво манила его пальчиком, а он шёл за ней, как под гипнозом и раздевался на ходу. Его очень заводила эта игра в кошки-мышки.
- Да ты у нас оказывается затейница и мне это очень нравится, ну давай покажи папочке все свои прелести, - мужчина старался схватить Аллу, но ей всё ещё удавалось ускользнуть от него.
Она слишком хорошо знала Илью и его слабости, знала о том, что он любит пробовать всё новое и неизведанное, а ещё, что ему очень нравится, когда женщина доминирует. Кто, как не жена, хоть бывшая, хоть покойная, знает мужа, как облупленного?
У них всегда был под рукой целый арсенал приспособлений для этих целей и Алла прекрасно знала, где что лежит. Ванная комната не являлась исключением и в шкафчике под мойкой всегда лежала пара наручников и хлыст, чтобы приковать, наказать и выпороть любителя нетрадиционного секса.
Ей удалось добраться до заветного шкафчика и, когда распалённый Илюша подошёл ближе, Алла ловко приковала его руку к полотенце-сушителю, чем привела в ещё больший восторг, да так, что он зажмурился от удовольствия и блаженно улыбнулся.
Когда Илья открыл глаза, оттого, что за этим больше ничего не последовало, он увидел, что девушка подбирает свои вещи и одевается, сквозь зубы бурча все мыслимые и немыслимые ругательства в его адрес.
- Аллочка, продолжай, куда же ты? Не уходи, постой. А как же я? - стенал, практически голый и прикованный наручниками к трубе, Илья.
- Ну, милый мой, а теперь сам как-нибудь продолжай, без меня. В конце концов, одна рука у тебя свободна. На этом представление закончилось, не надо оваций, - ответила девушка и пошла по направлению к выходу, оставив двери ванной комнаты незапертыми.
Она демонстративно кинула ключ от наручников на полочку под зеркалом, зная, что ему туда не добраться.
- Стерва, дрянь, немедленно расстегни наручники. Что я буду делать до завтрашнего утра? Прислуга сегодня не придёт, на это вечер я всех отпустил.
- Погоди, как только освобожусь, я доберусь до тебя, - орал яростно Илья и беспомощно смотрел, как она, не оборачиваясь, вначале машет ему рукой в прощальном жесте, а потом поднимает вверх средний палец.
Усталая Алла вызвала такси и уехала домой. Её всю трясло от отвращения и оттого, что она вынуждена была подыгрывать Илье и позволила трогать себя. Она одновременно чувствовала радость оттого, что смогла обмануть этого похотливого козла и свою вину перед Дмитрием.
Дома девушка вначале долго отмокала в воде, а потом неистово тёрла себя мочалкой, чтобы стереть грязные следы со своего тела. Укутавшись в махровый халат, Алла вышла из ванной и прошла на кухню.
После этого она сидела за столом и пила кофе, когда в памяти вдруг снова всплыла картинка, как прикованный наручниками, голый и нелепый Илья, молил, взывая к её сознанию, с требованием отпустить. Тут она уже не смогла удержаться от хохота и смеялась, запрокинув высоко вверх голову.
Истеричный хохот сменился слезами и она долго не могла успокоиться и говорила сама себе вслух:
- Нечего шататься по домам одиноких мужиков, ты ещё дёшево отделалась. Прав был Димка, когда говорил, что он может и убить.
В это самое время в дом к бывшему зятю заехал Константин Сергеевич Мигалёв. Он приехал, чтобы забрать у Ильи последние фотографии дочери - ему хотелось выбрать наиболее подходящие для памятника - прошло уже полгода и пора было увековечить её память.
Он вошёл в открытую дверь холла и спросил, есть ли кто живой? А потом пошёл на призывные звуки, которые издавал зять из ванной комнаты. Войдя в ванную, удивлённый Мигалёв увидел Илью во всей красе и не смог удержаться, чтобы не съязвить:
- Я конечно подозревал, что ты извращенец, но не думал, что настолько.
- Хватит читать мне морали, я свободный мужчина, просто дайте ключи, они лежат на полке. Прошу вас, довольно издеваться, - отвечал ему Илья.
Мигалёв достал ключи и расковал его, а потом снова не удержался и подколол чертыхавшегося Илью, одевавшегося на ходу:
- Передай той девчонке, что приковала тебя наручниками, пусть заедет ко мне в офис, я ей премию выпишу.