Теперь пришло время в последний раз заплатить цену. Я отпила из Каньи, затем полковник Файрсвифт сделал то же самое. К тому времени его тело тряслось так сильно, что я сомневалась, сумеет ли он удержать оружие. Более того, казалось, что он даже на ногах держится с трудом. Я подтолкнула его к потайной двери.
— Было весело, мальчики, — сказала я трём вампирам и загадочному бармену с кровью-Нектаром. — Мы просто обязаны повторить это, когда я в следующий раз окажусь в вашем уголке космоса.
Затем я потащила полковника Файрсвифта за собой, через дверь. Она сразу же закрылась за нами. Я слышала, что вампиры за стеной уже принялись опять распевать пьяные песни.
Мы с полковником Файрсвифтом прошли по коридору. Его спазмы мышц уже почти прекратились. Он даже сумел идти по прямой линии, уже подавляя последние эффекты крови Каньи. Не ударить в грязь лицом — ключевой навык в сражении. Наши шансы справиться с этим испытанием только что стремительно возросли с «ни за что на свете» до «может быть, возможно».
Проход был полностью темным, если не считать каких-то светящихся кристаллов на стенах, расположенных как лампы. Магический свет отражался от глянцевого пола из чёрного мрамора, чья поверхность была скользкой как чёрный лёд. Десять тел лежали на этом полу.
— Наши соперники, — прокомментировала я.
Взгляд полковника Файрсвифта пробежался по солдатам.
— Никс и Ариус разделались с ними.
Я нагнулась над Неро, нащупывая пульс на его шее. Он всё ещё жив. Теоретически мы не должны убивать членов других команд, но Никс прошлым вечером выглядела ну очень уж взбешённой.
— Что ты делаешь? — потребовал полковник Файрсвифт.
Я стащила несколько украшений с бесчувственного тела Дельты.
Полковник Файрсвифт вскинул брови.
— Обчищаешь павших?
— Очень смешно, — я сорвала металлический элемент с её кулона, соединив его с деталями, которые я вытащила из её кинжала и кольца. Затем протянула законченный предмет полковнику. — Знакомо выглядит?
Он удивлённо моргнул.
— Это театральный бинокль Алериса.
— Бинго. Дельта разобрала его на детали и прикрепила к своим украшениям, чтобы спрятать.
Обыденное решение магической проблемы — трюк, до которого не додумалось бы большинство ангелов. Оказывается, Дельта весьма умна и изобретательна. Жаль, что она такая стерва, а то мы с ней могли бы подружиться.
Полковник Файрсвифт убрал бинокль в куртку.
— А корона Валоры?
— Её нет ни на Неро, ни на Дельте. Может, другая команда украла, — предположила я.
Мы быстро обыскали других солдат, но ни у кого из них не обнаружилось короны — даже в разобранном виде, как Дельта хранила бинокль.
— Мы пойдём дальше по коридору, — решил полковник Файрсвифт. — Сокровище Зариона в той стороне. Его команда, возможно, заполучила и корону.
Мы побежали по коридору. Он заканчивался тупиком в виде двери склепа.
— Где Никс и Ариус? — спросила я, зевая.
В пределах видимости их нигде не было, но такое чувство, будто они притаились сразу за моим плечом. Однако осмотревшись по сторонам, я их не увидела.
— Не знаю.
Я снова зевнула.
— Вы чувствуете усталость? Мои ноги как будто свинцовые.
— Это всё кровь, — сказал он. — Она лишила нас равновесия.
— Нет, это нечто другое.
Я посмотрела себе под ноги. Мраморный пол выглядел… почти жидким. Как будто он сделан из густой текучей слизи. Я моргнула. Это вещество действительно текло. Оно перетекало по нашим ступням, окутывая наши ноги. А затем пол просто перестал двигаться. Он вновь сделался твёрдым, а наши ноги оказались заточенными в мрамор.
— Трансформирующее заклинание, — полковник Файрсвифт провёл рукой над нашими мраморными оковами. — Это магия Никс. Ни один ангел не умеет так управляться с Тенью Оборотня, как она.
Я вспомнила то время, когда Никс притворялась моей подругой Басанти. Она одурачила всех. Никто даже не заподозрил её. Специальностью богини Валоры также являлась трансформирующая магия. Они делили одну магию и одного отца. У них было много общего, и всё же они ненавидели друг друга. Ненависть — такая бесполезная эмоция.
Никс и Ариус появились из теней, взглядами пробежавшись по оппонентам, которых они победили. Некоторые солдаты в отключке зашевелились, а вместе с ними и мраморное море. Оно захватило их запястья и лодыжки, прижав их к полу.
Узорчатая золотая расчёска сверкнула в руке Никс. Или Первого Ангела одолело безудержное желание причесаться, или же эта расчёска — артефакт Зариона. Я ставила на последнее, хоть этот предмет и напоминал женскую расчёску. В конце концов, Зариону нужно расчёсывать свои длинные светлые волосы. И ему нравились яркие и блестящие предметы.