Образ померк, впитавшись в зеркало в руках Лейлы. Молчание, холодное и зловещее, как неминуемая метель, повисло над палатой богов. Меда не просто экспериментировала над монстрами. Она экспериментировала над ангелом. Вот почему Осирис Уордбрейкер обезумел. Вот почему он совершил серию убийств, которая привела к его гибели.
Глава 18
Происхождение хаоса
Майя выронила руку сестры. Она замерла совершенно неподвижно. Она даже не дышала.
— Я не убивала Осириса Уордбрейкера, сестра, — сказала Меда. — Это сделал Дамиэль Драгонсайр.
— Ты, может, и не убила его своими руками, но твоя одержимость балансированием темной и светлой магии, твои эксперименты по созданию новой породы воинов, подписали ему смертный приговор, — отрезала Майя. — Ты свела его с ума. А когда ангел теряет рассудок, его необходимо устранить.
— Я не знала о ваших отношениях, — Меда протянула руку.
Майя наградила руку сестры испепеляющим взглядом.
— Я тебе не верю. Осирис настаивал, что найдёт способ, чтобы мы могли быть вместе. Ты пообещала ему этот способ. Ты сказала ему, что он будет богом. Ты знала про нас. И ты его использовала.
Злость завладела разбитым сердцем Майи. Похоже, что, как и ангелы, боги тоже таили в себе те мелочные человеческие эмоции.
— Ты не можешь просто экспериментировать на моих ангелах, Меда, — сказал ей Ронан, и в его глазах тоже пылало немало злости.
— Или заключать сделки с так называемыми Стражами, самопровозглашёнными узурпаторами, — рявкнул Зарион.
Самопровозглашёнными узурпаторами? Что имел в виду Зарион? Что за история скрывалась между богами и Стражами?
По моему плечу скользнула магия. Я обернулась. Неро стоял на другом конце комнаты, прислонившись спиной к стене, и звал меня глазами. Я тихо проскользнула мимо Лейлы и Джейса. Похоже, они не заметили. Никто не заметил. Все не отрывали взгляда от богов.
— Совет богов трещит по швам, — прошептала я, прислонившись к стене рядом с Неро. — За исключением Алериса и Фариса. Они — единственные, кого не разоблачили эти испытания.
— Я тоже это заметил.
Мы уже определили, что за этим стоит Фарис. Но Алерис?
— Должно быть, Алерис — союзник Фариса, — сказал Неро. — Он помог ему разоблачить секреты других богов.
— Но зачем Алерису заключать союз с Фарисом?
Неро покачал головой.
— Не знаю. Они маловероятные союзники.
— Давай узнаем.
Я заметила Атана возле двери и зашагала к нему. Неро последовал за мной.
— Какому богу ты задолжал услугу? — спросила я у Вековечного телепата.
Он ничего не сказал.
— Это Алерис, не так ли?
Это должен быть Алерис. Фарису нужно, чтобы могущественный телепат сказал ему, где хранятся предметы, которые содержали в себе самые важные секреты богов. Так что он заручился помощью Алериса, потому что Вековечный телепат задолжал услугу Богу Природы. Вот оно. Я уверена. Иначе Алерис был бы бесполезен Фарису. Он бы раскрыл секреты других богов в одиночку, включая секреты Алериса.
— Ты очень наблюдательна, — заметил Атан. — Но видишь ли ты все, что здесь происходит?
— Вижу что? Что происходит?
Его взгляд опустился к биноклю, торчащему из моего кармана.
— Береги Оперный Бинокль Видящего. Он тебе понадобится.
— Понадобится для чего? Разоблачить самые грязные секреты богов? Этого хотят Фарис и Алерис, не так ли? Поэтому мы должны были сначала получить бинокль Алериса, и поэтому он стал первым испытанием. Чтобы мы могли использовать его для разоблачения секретов других богов. Алерису не пришлось раскрывать свои секреты. И Фарису не придётся, если мы когда-нибудь доберёмся до его артефакта. При условии, что боги к тому времени не развяжут гражданскую войну и тем самым не положат конец испытаниям.
Я всё поняла. Вот только… что-то всё равно не складывалось.
— Я понимаю, почему Фарис заключил союз с Алерисом. Он нуждался в твоей помощи, а ты задолжал Алерису услугу, — сказала я Атану. — Но зачем Алерис объединился с Фарисом?
— Нелюбовь Алериса к прегрешениям широко известна, — заметил Неро.
— Иными словами, он не любит плохое поведение.
— Совершенно точно не любит, — сказал Неро. — Зарион играет лицемерного бога набожности, но именно Алерис на самом деле суровый бог, строго придерживающийся праведного пути. И он ожидает от других богов такого же поведения.
Я нахмурилась.
— То есть, он объединяется с Фарисом, самым большим грешником из всех?
— Алерис не сам узнал секреты других богов. Не он заговорщик и интриган. Не он охотник за прегрешениями, — ответил Неро. — Фарис наверняка пришёл к нему со списком грехов других богов, а также с этой маленькой забавной игрой, которую они могли организовать и разоблачить их во всеуслышание. Естественно, он не стал упоминать свои прегрешения.