У него действительно имелись все ответы.
— Прожив достаточно долго, ты узнаешь некоторые вещи о природе магической вселенной, — сказал он. — Но вернёмся к твоим магическим сильным сторонам. Что такое хороший Дознаватель по сути, в самом базовом смысле?
— Плохой человек? — предположила я.
Он вздохнул.
— Разговоры с тобой утомляют, Леда Пирс.
— Именно так говорят все мои друзья. И мои враги, — я широко улыбнулась ему.
— Что такое хороший Дознаватель по сути, в самом базовом смысле? — повторил он. — К какой магической способности они прибегают больше всего?
— Песня Сирены.
— Да, магия внушать людям. Это самый ценный инструмент Дознавателей, который они используют как нельзя лучше, — Атан помедлил. — Но их магия сирены и рядом не стояла с твоими способностями. Когда ты используешь весь магический спектр сирены, тёмный и светлый, у тебя больше силы, чем у того, кто прибегает только к свету или только к тьме, то есть использует лишь половину силы. Ангелы не могут внушить тебе. Полковник Сильвертонг попыталась и потерпела неудачу. На сегодняшний день ты стала достаточно могущественной, чтобы даже боги и демоны не могли внушить тебе что-либо.
Возможно, в этом он прав. В прошлом месяце Фарис пытался сломить мой разум. Я выстояла — едва-едва. Было адски больно, но я не выболтала ему свои секреты.
— А что такое хороший воин Авангарда Легиона по сути, в самом базовом смысле? — спросил у меня Атан.
Я задумалась над этим. Элитные Воины, как и все мы, нуждались в заклинаниях, но по большей части им нужна грубая сила и скорость. Они служили стенобитными таранами Легиона, солдатами передовой, которые пробивали защиты врага и держали нашу оборону.
— Вампирская магия, — сказала я. — Воинам Авангарда нужна физическая сила, скорость и выносливость вампиров.
Атан кивнул.
— Вот тебе и ответ.
Я нахмурилась.
— Ответ на какой вопрос?
Произнеся эти слова, я тут же поняла. Я получила ответ на вопрос о своём происхождении. Я владела светлой и темной магией, потому что я была дочерью бога и демона. И я обладала магическими сильными сторонами вампира и сирены из-за того, каким богом был мой отец и какой демоницей была моя мать.
— Твоя магия вампира и сирены, две столь мощные силы, что они пробили даже нейтрализующий магию эффект твоей светлой и темной магии, — сказал Атан.
Эм, что? Моя светлая и тёмная магия нейтрализовала мою магию, оставив меня безо всего — по крайней мере, пока я не присоединилась к Легиону Ангелов и не получила первый глоток Нектара.
— В каком смысле мощные? — спросила я. — У меня не было никакой магии до вступления в Легион.
— Нет, была, — парировал он. — Ты обладала сильными сторонами своего отца и своей матери.
Вот только у меня не было ни магии вампира, ни магии сирены до вступления в Легион.
— Они проявлялись очень необычным способом, — сказал он мне.
Демоница Соня сказала то же самое про мою магию. Но что это означало? Я не помню, чтобы обладала какой-то магией в то время. Конечно, я была немного быстрее и сильнее обычных людей, но это характерно для всех, кто имеет в себе немного сверхъестественной крови. Это небольшое подспорье явно не ставило меня в один ряд со сверхъестественными существами и не позволяло мне побеждать их без помощи всяких хитростей. Именно поэтому все те годы я полагалась на грязную манеру драться. Мне приходилось компенсировать нехватку магии в сверхъестественном мире. Мне приходилось искать способ уравнять шансы.
Так про какую унаследованную магию сирены и вампира говорил Атан? Я не могла ничего никому внушить. Мне удавалось очаровывать свои мишени во времена работы охотницей за головами, удавалось заманить их куда-нибудь, но ничуть не проще, чем любой другой женщине, у которой есть грудь.
— Я сказал, что магия проявлялась в очень необычной манере, — напомнил мне Атан. — Настолько необычной, что ты не могла узнать в этом магию вампира или сирены. Но эта твоя необычная способность представляла собой сплетение двух сил. Ты никогда не понимала, почему это происходит с тобой — феномен, которого ты прежде никогда не видела, и никогда о нем не слышала.
Наконец, я осознала, о чем он говорит, и на что намекала Соня.
Мои волосы. Иногда они светились. В мои дни до Легиона свечение зачаровывало вампиров, заставляя их кусать меня. Мои волосы были воплощением магии вампира и сирены в одном флаконе, позволяли мне зачаровывать вампиров — и только вампиров. Всё это время мои волосы были ответом на вопрос о моём магическом происхождении. Происхождении Пандоры. Происхождении хаоса.