Меда экспериментировала с Жизнью, чтобы контролировать монстров, над которыми боги и демоны утратили контроль столетия назад. Теперь хищные звери заполонили крупные участки миры. Внезапно покладистый кот-монстр в комнате с каминами показался вполне объяснимым.
Насколько я знала, только Стражи обладали знаниями и силами, необходимыми для создания сыворотки Жизнь. А значит, по другую сторону зеркала находился Страж — и Меда работала с ним.
Не только я в палате аудиенций богов пришла к такому заключению.
— Измена, — прошипел Зарион. — Ты заключила союз со Стражами.
— Ничего подобного, — сказала Меда, взмахнув рукой.
Валора плавно поднялась со своего трона, её поза оставалась напряжённой.
— Объяснись, Меда.
— Мне нужна была сыворотка Жизнь для моих экспериментов с монстрами.
— Экспериментов, о которых ты не рассказала совету богов, — сказал Алерис, переплетая пальцы домиком.
— Чтобы работа Меды на столетия застряла в обсуждениях совета? — фыркнула Майя. — Демоны завладевают территориями. Нам нужно преимущество, оружие против них. И оно нужно нам немедленно. Работа Меды — и есть решение проблемы. Когда монстры вновь будут подчиняться нам, демоны быстро падут.
— Но какой ценой? — Ронан покачал головой. — Ты просто меняешь проблему демонов на проблему Стражей.
Меда рассмеялась.
— Я не заключаю с ними союзы. Мне просто нужна их сыворотка Жизнь для моего зелья.
Ронан выгнул тёмную бровь.
— Которую они предоставили тебе по доброте душевной?
— Они не просили ничего взамен. Так что я ожидаю, что они планируют украсть завершённую формулу моего зелья, как только я доведу её до совершенства, — её губы изогнулись в коварной улыбке. — Им это не удастся.
— Как только мы покончим с демонами, мы пошлём монстров, чтобы устранить Стражей. Затем мы будем править космосом, — сказала Майя.
Зарион нахмурил лоб.
— Нет смысла спрашивать, знала ли ты о замысле Меды.
— Я на стороне моей сестры, — Майя взяла Меду за руку. — Всегда.
Воспоминание, застывшее перед нами, вдруг пошло рябью и превратилось в другую сцену.
Меда стояла за столом, держа в руках сосуд с серебристой жидкостью. Сыворотка Жизнь. Она сняла крышечку и вылила её в небольшой котелок. Меда помешивала зелье, пока оно не поглотило серебристые струйки Жизни. Затем она наполнила зельем шприц и вышла в комнату за шторой.
Внутри кто-то лежал на кушетке. Когда Меда приблизилась, он заёрзал, натягивая путы.
— Ну же, ну же, нет необходимости сопротивляться, — сказала Меда. — Я принесла твоё лекарство.
— Лекарство? — произнёс сухой, надломившийся голос. Он казался знакомым. — Ты хотела сказать «яд».
— Доведение до совершенства требует времени. Ты это знал, когда мы пошли по этому пути. Твой дискомфорт скоро закончится. А затем ты не только станешь сильнее всех ангелов, что когда-либо жили на земле; твоё место будет среди богов.
— Очень хорошо. Продолжай.
Меда наклонилась, чтобы сделать укол, и её движение открыло лицо мужчины. Это был Осирис Уордбрейкер.
— Теперь уже недолго, — произнесла Меда уговаривающим голосом.
Архангел закрыл глаза и поджал губы, когда игла вошла под его кожу. Его мышцы напряглись, затем дрогнули, затем забились в настоящих судорогах. Он бешено задёргался на столе, взревев в агонии. Из его рта полились проклятья. Цепи врезались в его кожу. Тонкие струйки крови потекли по его телу, капая на белый кафельный пол.
— Всё ещё что-то не то, — пробормотала Меда, делая заметки в блокноте. — Усиление магии мешает агенту, балансирующему магию, — она холодно рассматривала кричащего архангела на кровати. — Мне нужно ещё поработать с формулой.
После этих её слов Осирис Уордбрейкер резко рванулся и порвал одну из цепей. Меда сотворила заклинание, чтобы заменить порванную цепь. Он наградил её суровым взглядом, и в его глазах пылал красный огонь.
Образ померк, впитавшись в зеркало в руках Лейлы. Молчание, холодное и зловещее, как неминуемая метель, повисло над палатой богов. Меда не просто экспериментировала над монстрами. Она экспериментировала над ангелом. Вот почему Осирис Уордбрейкер обезумел. Вот почему он совершил серию убийств, которая привела к его гибели.
Глава 18
Происхождение хаоса
Майя выронила руку сестры. Она замерла совершенно неподвижно. Она даже не дышала.
— Я не убивала Осириса Уордбрейкера, сестра, — сказала Меда. — Это сделал Дамиэль Драгонсайр.
— Ты, может, и не убила его своими руками, но твоя одержимость балансированием темной и светлой магии, твои эксперименты по созданию новой породы воинов, подписали ему смертный приговор, — отрезала Майя. — Ты свела его с ума. А когда ангел теряет рассудок, его необходимо устранить.
— Я не знала о ваших отношениях, — Меда протянула руку.
Майя наградила руку сестры испепеляющим взглядом.
— Я тебе не верю. Осирис настаивал, что найдёт способ, чтобы мы могли быть вместе. Ты пообещала ему этот способ. Ты сказала ему, что он будет богом. Ты знала про нас. И ты его использовала.
Злость завладела разбитым сердцем Майи. Похоже, что, как и ангелы, боги тоже таили в себе те мелочные человеческие эмоции.
— Ты не можешь просто экспериментировать на моих ангелах, Меда, — сказал ей Ронан, и в его глазах тоже пылало немало злости.
— Или заключать сделки с так называемыми Стражами, самопровозглашёнными узурпаторами, — рявкнул Зарион.
Самопровозглашёнными узурпаторами? Что имел в виду Зарион? Что за история скрывалась между богами и Стражами?
По моему плечу скользнула магия. Я обернулась. Неро стоял на другом конце комнаты, прислонившись спиной к стене, и звал меня глазами. Я тихо проскользнула мимо Лейлы и Джейса. Похоже, они не заметили. Никто не заметил. Все не отрывали взгляда от богов.
— Совет богов трещит по швам, — прошептала я, прислонившись к стене рядом с Неро. — За исключением Алериса и Фариса. Они — единственные, кого не разоблачили эти испытания.
— Я тоже это заметил.
Мы уже определили, что за этим стоит Фарис. Но Алерис?
— Должно быть, Алерис — союзник Фариса, — сказал Неро. — Он помог ему разоблачить секреты других богов.
— Но зачем Алерису заключать союз с Фарисом?
Неро покачал головой.
— Не знаю. Они маловероятные союзники.
— Давай узнаем.
Я заметила Атана возле двери и зашагала к нему. Неро последовал за мной.
— Какому богу ты задолжал услугу? — спросила я у Вековечного телепата.
Он ничего не сказал.
— Это Алерис, не так ли?