Выбрать главу

Так и вышло…

Наверное.

Диана посмотрела на правую руку, где больше не красовалось обручальное кольцо. Непривычно, если честно.

Она и остальные кольца перестала носить, хотя у неё приличная коллекция украшений. Папа много дарил, потом муж.

Вернее, бывший уже.

По спине снова побежал холодок. Диана никак не могла свыкнуться с мыслью, что она разведена.

Что дома… Почти дома. Хотя почему «почти»? Квартиру Булат переоформил на её имя. Так просто… Она ему поражалась. Несмотря на видимую жесткость, порой граничащую с жестокостью, он был удивительным мужчиной. Девушка вспомнила детство, когда его семья приезжала к ним. Булат был уже взрослым парнем, и она его безумно стеснялась.

Стесняться не перестала и сейчас.

Но он помог Диане. Очень сильно. Без него, его связей и влияния, она не справилась бы.

Диана заварила чай. Ноги сами потянули на веранду. И неважно, что она выходила на парковку. Случайность… И то, что время близилось к восьми – тоже случайность.

Стекла на веранде тонированы, девушку увидеть было невозможно.

И всё же сердце дало сбой, когда Диана увидела въезжающую на территорию ЖК знакомую машину.

Булат и машину ей купил. Диана пыталась вернуть за неё деньги, он отмахнулся.

– Потом разберемся. Главное – твоя адаптация в России. Давай ты немного привыкнешь, встретишься со старыми друзьями, вольешься в общество, тогда и поговорим.

Кузен лукавил. Ничего он не собирался потом решать. И брать деньги с неё тоже не будет. Не тот у него характер. Папа об этом говорил и не раз. Даже сетовал, что они близкие родственники, а вообще-то только и мечтал о таком зяте. Муж тоже говорил о Валгарове исключительно в уважительном тоне, по крайней мере, при ней.

Мерс остановился. Водительская дверь распахнулась, и Диана чуть сильнее сжала кружку.

Наивно было полагать, что машину пригонит сам Давиров. Высокая, худощавая фигура явно ему не принадлежала. И шапка, низко натянутая на лоб, никак у Дианы не ассоциировалась с этим мужчиной. Разочарование полоснуло по груди и заставило девушку улыбнуться. А чего она, глупая, ожидала? Что Игнат, как настоящий джентльмен, поймет, что вел себя неправильно и захочет извиниться? Или даже большее? Пригласит её на свидание?

Диана поднесла кружку к губам и сделала глоток.

Потом ещё один.

Всё правильно…

Ближе к обеду позвонил Булат и пригласил поужинать вместе. Диана согласилась. Потом она подняла старую записную книжку и посмотрела знакомых, кому могла позвонить. За годы, что девушка не приезжала в Россию, многое изменилось, и она даже не знала, кому звонить. Диана повертела книгу и отложила в сторону. Да и кто сейчас пользуется записными книжками? Эта привычка осталась у неё от мамы. Если же хочет встретиться с подругами, достаточно открыть мессенджеры и посмотреть, кто где.

Вопрос в другом: почему она этого не делает?

За Дианой заехал водитель Булата. Сам кузен ждал её уже в ресторане. Выглядел Валгаров неважно. Уставшим. Увидев кузину, улыбнулся, встал поприветствовать.

– Как ты, мелкая?

Никакого почтительного отношения и у этого.

– Отлично. Квартира безумно нравится.

– Врешь и не краснеешь.

– Расположение и сам дом нравится.

– Вот. А говоришь – квартира.

Поддел её, и настроение внезапно улучшилось. Ей нравилось общаться с кузеном.

– Не жалеешь, что съехала от меня?

– Нет, конечно.

– Я могу порекомендовать хороших дизайнеров.

И тут Булат верно подметил.

– Нет, – для убедительности Диана покачала головой. Она уже открыла свои компьютерные разработки, купила несколько необходимых программ и поняла, насколько сильно скучала по делу.

Пусть то, что она сегодня сделала, делом не назовешь. Главное – начала.

Булат некоторое время изучающе смотрел ей в лицо, потом медленно кивнул.

– Диана, у меня к тебе предложение. Мы с Элей думаем сгонять в горы. Не хочешь к нам присоединиться?

Глава 6

Горы Диана любила с детства. Обожала приезжать с родителями в шале, которое они арендовали на зимний сезон. Каталась она хорошо, с ней занимался персональный инструктор. Если Диана не ошибается, то её поставили на лыжи в пять лет. Мама очень хотела, чтобы дочка занималась профессионально, но отец запретил.