Дурное настроение преследовало Давирова последнюю неделю. Он работал двадцать пять часов в сутки и своих заставлял столько же работать. Ребята шипели, злились, матерились, но работали. Куда им деваться.
Несколько раз ночевал в центре. Более того, спускался в бокс и ковырялся в машинах, чего не делал вечность. Миха стебался над ним знатно. И он был единственным, кому этот стеб прощал Давиров.
Работа с железками успокаивала.
Но не давала ему то, что требовалось.
Игнат сознательно себя выматывал. Это тоже злило. Потому что совсем недавно он проходил через нечто подобное.
Задерживался в офисе… Не спешил домой…
В прошлом подобное поведение было связано с Лорой и её бесконечными скандалами и претензиями. Сейчас-то что?!
Неудовлетворенность происходящим клокотала в груди.
В город Игнат вернулся больше двух недель назад. Отдохнул, называется. Кайфанул так кайфанул, чего уж тут. Вместо того, чтобы проветрить мозги и отвлечься, загрузил себя по полной программе.
Булату он позвонил накануне и предложил встретиться. Тот к его предложению отнесся адекватно.
– Разговор есть?
– Да, – ответил Игнат.
К чему таиться и делать вид, что ничего не происходит?
Они все взрослые люди. И привыкли решать дела по мере поступления.
Дом Валгара был напичкан охраной и системой наблюдения. Неприступная крепость, иначе и не скажешь. Посторонним не пробраться, если только брать штурмом.
Игнат свернул налево. В оранжерее Булата он уже бывал. Она занимала приличное пространство. Как-то Валгар заметил, что его мать любила цветы и оранжерея – дань памяти ей. Игнат не углублялся в историю нефтяного магната, до него доходили некоторые слухи. Мирон, работающий на него, тоже был немногословен. Оно и понятно.
Булат стоял у панорамного окна и наблюдал, как его дочь гуляет с охранниками и собаками. У Игната невольно сжалось сердце, когда он увидел маленькую девочку в окружении здоровенных псин. Сам Игнат никогда не был собачником. И тем более не мог предположить, как можно отпустить собственного ребенка гулять с собаками, которые в несколько раз превышают её по массе и почти одного с ней роста.
– Проходи, Игнат. Рад тебя видеть.
Булат развернулся, подошел к Давирову. Они пожали друг другу руки.
– Не боишься? – Игнат кивнул в сторону охранников и дочери Булата.
– Она с детства с собаками. Как-то заметил, что она с любопытством разглядывает алабаев. В коляске ещё была… Высунулась из неё и смотрит. Те далеко от неё были, на безопасном расстоянии. Потом видела псов и пальчиком на них показывала. И главное, маленькие собаки по типу игрушечных такс, шпицев, чихуахуа её не интересовали. Не вызывали никакого интереса. Равнодушна к ним оказывалась, хотя кого только ей не приносили. Казалось бы, наоборот должно быть. Ребенок мелкий, собаки такие же… Нет. Ничего подобного. Больших псин ей подавай.
Несмотря на сквозившее через слова беспокойство, слышалось в интонации Булата восхищение.
Игнат тоже гордился бы своим ребенком.
– С кинологами занимается?
– Начала недавно. Я её долго не подпускал напрямую к собакам. Всё-таки мелкая еще.
– Это да.
– Выпьешь?
– Я за рулем. От кофе не откажусь.
Булат кивнул и вызвал прислугу. Та материализовалась едва ли не из пустоты.
– Итак, ты хотел со мной поговорить, – сказал хозяин дома, усаживаясь в кресло и закидывая ногу на ногу.
Игнат не спешил начинать разговор. Впервые за долгое время столкнулся с косноязычием, когда вроде бы и знаешь, что следует говорить, а слова застревают в горле. Загвоздка ещё в том, что второго разговора не будет.
Валгаров смотрел на него открыто и выжидающе. Игнат не сомневался, что тот знает о причине его визита.
– Диана уехала из России? – спросил Игнат напрямую. К чему ходить вокруг да около.
Булату доложили, где провела ночь его кузина.
Точнее, где она провела ту ночь…
Валгаров не спешил отвечать на заданный вопрос. Он продолжил смотреть на сидящего напротив мужчину. Игнат не отвел взгляда. Не такие выдерживал. В бизнесе взглядом продавливают, но поддаваться нельзя, показывать слабость – тем более.
Он не чувствовал себя слабым.
– Игнат, скажи-ка мне вот что, – олигарх подался вперед, соединяя пальцы в замок. – Ты интересуешься любопытства ради или…
– Или, – спокойно отозвался Давиров.
– «Или» – это хорошо, – подтвердил Булат и продолжил, не сводя с собеседника взгляда: – Я отправил Диану к своей хорошей знакомой. В Вену. На пару недель. Вынужденная мера.