Как и она меня.
Даже больше, пока все ожидали момента, когда людей пригласят к столам и стойкам, те, кого как раз должны были пригласить сидели позади нас, зрителей.
Она сидела прямо за мной.
Когда всех пригласить пройти к столам и стойкам, она снова оказалась у барной стойки. И снова завела оживлённую беседу с той молодой преподавательницей, которую сзади, как я расслышал, кто-то назвал «слишком ванильной», судя по всему, из-за её внешнего вида. И я снова наблюдал за их беседой, а точнее, за ней самой.
И это должно было повторится и завтра.
В тот момент, сидя в зале, во всей этой расслабляющей обстановке, наблюдая за этой девушкой так аккуратно как только умел, я кое-что понял.
«Мне хорошо».
Да. Впервые с тех пор, как заболела бабушка, мне было по-настоящему хорошо. Стоило мне всего лишь увидеть такую прелесть…
Думаю, логично, что во мне проснулся интерес к ней, ведь она, всего раз улыбнувшись, смогла раскрасить всё окружение в цвета, после долгих месяцев созерцания чёрно-белой картинки. Да, цвета пока были не столь яркими, сколь могли, но постепенно становились всё сочнее и сочнее. Как будто всё начало налаживаться с момента её появления.
«И это я с ней даже не говорил», - думал я, сидя перед ней и гадая, смотрит ли она на работу поваров, готовящих на сцене что-то определённо вкусное, или же, боже мой, на меня.
А затем случился завтрашний день.
ГЛАВА 13
7 сентября
Если обратиться к моей теории о том, что жизнь нас видит и слышит, то произошедшее на следующий день можно объяснить тем, что жизнь решила, что я начал расслабляться, и пора бы меня немного поднапрячь.
В третий и последний день того мероприятия явились лишь я да Федя с Ксюшей. Мы, как уже привычно, сели на места и стали наблюдать за работой студентов и внимательными взглядами жюри.
Она сидела там же, где в первый день сидели мушкетёры (которые и в данный момент там были, как и шестого числа. Ответственные чудики). Я, разумеется, не мог не поглядывать на неё, со всё возрастающим внутренним трепетом. Прошло несколько минут и «гостей» позвали в «зал». В этот раз ей досталось место за столиком, а не баром. Она села слева от стола, за которым сидела наш куратор. Екатерина Семёновна посмотрела на нас троих, улыбнулась и помахала рукой. Затем беззвучно спросила: «где все??» Я также беззвучно ответил и пожал плечами: «не знаем». Она была явно недовольна, но старалась сильно этого не показывать. Я же перевёл взгляд на объект своего пламенного интереса.
- Кого и это ты там постоянно высматриваешь? – спросила у меня Ксюша, перегнувшись через Федю. Я повернулся к ней.
- Никого, - заверил я, пожимая плечами. – Просто внимательно смотрю за процессом. – Потом решил добавить с улыбкой: - Я же писатель, забыла?
- Ну просто ты так жадно иногда всматриваешься…
Договорить девушка не успела. В зал ворвались заместитель директрисы, сама директриса и какой-то мужчина, которого я раньше не видел. Вид у них был напряжённый.
- Так, все встаём и уходим! – громко объявила заместитель.
Все повернули голову в её сторону. На лицах начало появляться замешательство.
- Встаём и оперативно уходим! – повторила она, махая рукой к выходу у себя за спиной.
Большая часть поднялась и начала с недоумевающим видом двигаться к выходу, а остальные как сидели, так и остались сидеть. Тогда пришлось подключиться жюри, чтобы как-то активизировать отток людей из зала. Мы с Федей и Ксюшей уже начали двигаться выходу сквозь толпу, охваченную слабой, но всё-таки паникой. Как назло, именно в последний день студентов-зрителей на мероприятии было достаточно много. А назло, потому что из-за них мне было трудно разглядеть её. Когда мне наконец удалось, я с увидел, что девушка как сидела, так и сидит на месте, не двигаясь.
«Почему? Почему она не уходит?!» - задался я вопросом, проталкиваясь сквозь толпу, стараясь быть аккуратным.
А затем я оказался в коридоре, и всё что мне оставалось, так это двигаться вместе с толпой вопросительно озирающихся студентов вниз, к лестнице и выходу из здания. Пока мы ещё не отошли от дверей в актовый зал достаточно далеко, я успел услышать звук бьющегося стекла. Должно быть, в спешке кто-то задел стол, чего, в общем-то, можно было ожидать.
Пока все спускались вниз, я слышал, как некоторые задавали стоявшей на лестничном пролёте Надежде Маратовной, преподавателю одного из основных кулинарных модулей вопросы о том, что вообще происходит.
- Ничего, просто все уходим домой, - очень уверенно отвечала она всем любопытным.
«Ну да, как же, скажут нам…»