Мой поток гневного отрицания прервала просьба женщины, говорившей с соседкой.
- Как тебя зовут?
- Что?
- Зовут тебя как? – повторила она свой вопрос, улыбаясь.
- Артём.
- Так, Артём. Тебе нужно будет сбегать в аптеку. Знаешь где здесь рядом аптека?
Да откуда ж я мог знать?!
- Нет. – Я помотал головой.
-Так, ну ладно.
Женщина объяснила мне, где там неподалёку аптека и я вроде бы запомнил.
Нам сказали очевидное (по большей части, для соседки, я же каждую минуту хранил надежду, что до этого не дойдёт): необходима госпитализация. А значит, нужно будет купить кое-что в аптеке. Памперсы для взрослых. Валентина Ивановна сказала, что побудет здесь и подождёт меня, а заодно поговорит с врачами. Она дала мне тысячу рублей (из тех денег, что относились к бабушкиной пенсии), а та женщина ещё раз объяснила, где аптека.
Я направился к выходу, где девушка открыла для меня дверь, и я выбежал в прохладную тьму улицы, подгоняемый страхом. Бояться чего-либо мне ещё тогда было не свойственно, но, чёрт возьми, кем я был? Девятнадцатилетним пацаном, который всё ещё обожает смотреть детские мультфильмы и дурачиться со своими друзьями. Конечно же, я мог испытывать чёртов страх! Впрочем, ладно. Меня в этом никто и не обвиняет.
На улице всюду летал назойливый пух, который в рыжем свете фонарей казался чем-то, как ни странно, красивым и успокаивающим. Я добежал до подземного перехода, спустился по лестнице вниз и резко затормозил. Место больше напоминало грёбаный лабиринт, чем подземный переход. Куча поворотов и лестниц. Мне не с первой попытки удалось добраться до нужной стороны улицы. «Наконец-то», - подумал я, увидев горящую зелёным вывеску аптеки. Я зашёл внутрь, не без смущения попросил то что мне было сказано купить, радуясь тому, что запомнил размер, и купив, побежал обратно.
Разумеется, и обратно я вернулся не с первой попытки.
****
Я вернулся, и не самая любезная женщина проводила нас до последнего этажа. Хотел бы я написать в палату, но здесь я честен, так напишу как было: просто в коридор. Да, бабушку разместили прямо в не очень широком коридоре, вдоль стен которого были расположены и другие пациенты на узких кроватях. «Да вы шутите», - подумал я тогда. Мне казалось такое размещение неприемлемым, но другого варианта на тот момент не было. Лишь утром бабушку перевезли в нормальную палату. Но на работников больницы я не жалюсь; кровати в том коридоре были чистые, аккуратно застеленные, да и за всеми кто там лежал вели постоянное наблюдение медбратья и медсёстры.
- Ну всё, тётя Настя, мы пошли. – Соседка поцеловала бабушку в лоб и прикоснулась к её слабой руке. – Поспите. А мы завтра к вам придём, да, Артём?
- Конечно, - ответил я, посмотрев на бабушку. – Отдыхай. – Я кое-как натянул на лицо улыбку.
Стоит ли писать, что мне одновременно и не хотелось оставлять бабушку, и хотелось убраться оттуда ко всем чертям? Но так или иначе, мы с Валентиной Ивановной спустились на первый этаж, добрались до выхода и нас выпустили на улицу.
Время было очень позднее, троллейбусы уже не ходили. Было решено вызвать такси, но прямо перед тем как соседка сделала звонок, к остановке подъехала какая-то машина, как я понял, тоже такси, но вот чьё? Ответ тут же дал о себе знать; какой-то мужик, до этого пускавший слюни на лавочке, кое-как встал и шатаясь сильнее буйка побрёл к своему такси.
Всё бы ничего, да только соседка сказала такое, во что я в первые секунды не поверил. Но сперва заговорил мужчина:
- Вам куда, уважаемые? – Пьяница еле шевелили языком. – Давайте вместе поедем, а то ни хрена не ездит уже.
- Поехали, а? – предложила Валентина Ивановна. – Чтоб другую не ждать.
Я вытаращил на неё глаза.
- Если хотите, езжайте, но я к ним не сяду. – Несмотря на сильнейшую усталость и головную боль, я сказал это достаточно твёрдо, решительно.
Как бы далеко ни была Синюшина гора от моего дома (а она в другом конце города), я бы лучше прошёл всё это расстояние за несколько часов пешком и умер у подъездной двери, но не стал бы садиться в ту машину.
Валентина Ивановна тоже всё-таки не села, и мы уехали на своём такси.
Машина везла быстро везла нас, продираясь сквозь вечернюю, почти что ночную тьму. Я прислонился к боковому стеклу и громко выдохнул. Спустя секунду на моё плечо легла рука.
- Не переживай, - сказала соседка. – Всё будет хорошо. Её там подлечат, а мы с тобой к её возвращению квартиру как следует подготовим, да?
- Да, - устало ответил я, по-прежнему смотря в окно на пролетающие мимо фонари. – Да.
Голову занимала одна единственная оставшаяся мысль.