Они долго ещё сидели на террасе и разговаривали о любви. Как ни странно в этот раз Марк не слушал молча, как всегда, а вступал в полемику, потому что тема любви была для него интересна. Солнце село за горизонт и тёплый воздух, что прогрелся до полудня, приятно обволакивал тело в вечерней прохладе, которая стремилась завладеть пространством и неумолимо смещала тепло куда- то за горизонт, туда, куда село солнце. Когда Марк ушёл, Гейл Одли поднялся на второй этаж своего дома. На второй этаж святая святых его пространства, в которое он не пускал даже сына приезжающего к нему иногда в гости. Здесь был его кабинет, библиотека, сейф, спальня и специальное помещение, где располагалась коллекция сортов чая со всего света. Стоял приятный аромат от такого количества чая, который хотя и был в баночках и брикетах, упакованных в специальную бумагу, однако запах от него не могли сдержать какие- то упаковки. Благоухание чая распространялось на весь второй этаж, и Гейл Одли любил этот неуловимый тонкий аромат, ставший частью его дома. Он прошёл в кабинет. На столе лежала открытой книга, он начал читать её ещё вчера и она так и осталась раскрытой, ожидая, когда хозяин продолжит чтение, но Гейл Одли не притронулся к книге, а сев в кожаное кресло закрыл глаза и задумался. Разговор с Марком на тему любви навеял на него воспоминания тридцатилетней давности, и теперь они нахлынули на него…
Война в Афганистане, Гейлу Одли тогда было тридцать два года и его перекинули из дислокации в городе Газни под Пули- Хумри, в маленькую деревушку в пятидесяти километрах от города. На вертолёте, в полной секретности его и команду под его начальством, бросили на помощь местным войскам. Прилетев Гейл Одли сразу заметил, что дисциплина в подразделении хромает. Его звание капитана позволяло взять командование на себя, так как остальные чины были на несколько рангов ниже и Гейл Одли оказался самым старшим по званию, на это и рассчитывало командование, когда меняло дислокацию его подразделения. Были частые случаи жалобы от местного населения в том, что солдаты ведут себя, мягко говоря, по- свински. Штаб решил проверить, так ли это. Поэтому Гейл Одли очутился в этой забытой богом деревеньке, название которой он уже и не вспомнит сейчас, зато он помнил парнишку лет двадцати. Когда Гейл Одли увидел его впервые, то был удивлён тем, насколько миловиден был парень, нежен и напоминал девушку. Из- за своей внешности, красивых миндалевидных глаз, длинных ресниц и неестественно светлой кожи для афганца, парень терпел нападки от всего офицерского состава. Парень был местный.
«Как же было его имя,- стал вспоминать Гейл Одли,- память что ли меня стала подводить?- подумалось ему,- а вспомнил Вафа, чудное имя, кажется переводится, как честный».
Гейл Одли снова погрузился в воспоминания. До сих пор он помнит те глаза Вафы, когда его стали солдаты закидывать камнями, потому, что узнали, внешность парня была дана природой ему не просто так. Вафа был нетрадиционной ориентации. Как уж эта информация просочилась в казармы военных США, подразделение, которое было расквартировано в этой богом забытой деревушке, Гейл Одли не знал, да и выяснять не хотел, но парню с тех пор не давали житья. Солдаты нагло просили его о близости с ними, а когда Вафа отказывался, то били парня или закидывали камнями. Гейл Одли прекратил эти нападки, чем вызвал недовольство личного состава, однако, против начальства, коем он являлся по уставу, никто не пошёл. Гейлу Одли пришлось наводить порядок в личном составе, потому как вскрылось ещё много чего нехорошего, что порочило честь и достоинство офицеров войск Соединённых Штатов Америки перед местным населением Афганистана.
Как то вечером, часов в десять, когда огромная луна закрывала своим ликом полнеба, Гейл Одли шёл из командной части в казарму и вдруг услышал стон и всхлипывание. Заглянув за угол покосившегося от недавней бомбёжки сарая, он увидел Вафу. Парень сидел спиной к нему, облокотив голову о стену сарая. По его виску текла кровь. Она маленькой струйкой стекала на плечо Вафы, волосы были спёкшимися от крови, а тело его била мелкая дрожь. Гейл Одли тихонько коснулся плеча парня.
- Вафа,- почти шёпотом позвал Гейл Одли парня. Тот встрепенулся и хотел вскочить на ноги, но это ему не удалось, и он со стоном упал в песок.