Господи, кто же из эстрадников не слышал про Тимура! Лучшие видеоклипы Лаймы Вайкуле, Валерия Леонтьева, Софии Ротару были сделаны этим молодым режиссером, недавним выпускником Института кинематографии. К нему стояла живая очередь из звезд, и далеко не со всеми он соглашался работать. То, что клипмейкер мирового уровня сам обращался к артисту с деловым предложением, было уже само по себе неслыханной удачей. Жанна и Боря Адский сообразили это в одну секунду и обменялись понимающими взглядами.
- Вообще-то у нас столик в «Праге» заказан, - сказал Боря. - Может, присоединитесь?
Тимур даже ухом не повел, выжидательно глядя на Жанну.
- А что? Неплохая идея, - сказала она. - Вы как?
- Чего хочет женщина, того хочет Бог, - ответил Тимур без улыбки.
Швейцар в «Праге» с сомнением посмотрел на стоптанные кроссовки и джинсы Тимура. Но того это ничуть не смутило. Будучи свободным художником, он плевать хотел на все условности и мог явиться на официальный прием одетым так, как обычно одеваются, когда едут за грибами.
Арсенов родился в Дербенте. Отец его был лезгином, мать - кумычкой. Среди его родни попадались и лакцы, и даргинцы, и аварцы, и чтобы не путаться в долгих объяснениях, Тимур называл себя просто горцем. Еще сопливым пацаном он замечательно танцевал на свадьбах, что и определило его дальнейший путь в искусство. Тимура еще школьником звали в Ансамбль народного танца Дагестана, но он с седьмого класса всерьез заболел кино. Когда родители переехали в Махачкалу, Тимур вступил в клуб любителей кино при Дворце профсоюзов, где успел к окончанию школы пересмотреть множество фильмов и перелистать горы специальной литературы.
Однако когда он приехал в Москву и подал документы во ВГИК, произошла легкая заминка, виной чему была его картинная внешность. Он был просто готовым романтическим героем. Тимура попытались убедить, что ему прямая дорога на актерский факультет. Но он ни в грош не ставил мужскую красоту. Упоминание о ней его даже раздражало. И он упрямо пробивался на режиссуру. От провинциального горца из Махачкалы ничего особенного не ждали, хотя готовы были его взять как национальный кадр.
Вот тут-то Тимур и сразил всех своими знаниями о кино и оригинальным взглядом на профессию режиссера. Он не разочаровал преподавателей и в дальнейшем. О его курсовых работах говорили как о произведениях зрелого мастера. Вот только дипломный фильм ему снять не удалось. Вся система отечественного кинематографа к тому времени окончательно развалилась.
Тимур долго мыкался со своим сценарием по многочисленным мелким студиям, возникшим на развалинах прежнего производства, но проект его был слишком эстетским, не сулившим немедленной коммерческой выгоды. «Это картина для Каннского фестиваля, - говорили ему. - Мы такую не потянем». И Тимур, спрятав сценарий до лучших времен, занялся рекламой. Режиссерским ремеслом он владел получше многих конкурентов. Плюс к этому у него в голове постоянно рождались неожиданные идеи и образы.
Когда три его рекламных ролика получили призы за рубежом, Тимур стал на этом поприще номером первым. Он тут же забросил рекламу и взялся снимать вошедшие в моду видеоклипы. Овладеть западной стилистикой для него было задачей элементарной. Но он старался, чтобы каждый клип был крохотной новеллой, носящей личное клеймо режиссера. Такую работу нельзя было спутать с прочими. И если Тимур не чувствовал вдохновения, он не брался снимать.
Увидев Жанну Арбатову, Тимур загорелся и впервые не стал дожидаться, когда певица придет к нему на поклон, а сам решил предложить свои услуги.
Ничего этого могло и не случиться, не загляни Тимур тем майским вечером к приятелю, жившему в знаменитом Доме на набережной, где находился Театр эстрады. Выйдя от приятеля около семи вечера, Тимур увидал толпу у входа в театр, подошел поближе - и как раз успел к монологу, с которым Зернов обратился к толпе. Тимур простоял полтора часа, слушая Жанну. И с каждой новой песней она нравилась ему все больше.
В ней была отчаянная решимость и подкупающая бесхитростность. В ней было настоящее. И никакой искусственной игры на публику. Полная открытость. Это ощущение не пропало и в зале, куда Тимур вошел вместе с толпой, несмотря на отсутствие билета.
К финалу концерта Тимур был влюблен в Жанну. И как режиссер, и как мужчина. Впрочем, это почти всегда связано неразрывно. Он увидел, как классно можно сделать с Арбатовой хотя бы несколько ее песен на кинопленке. В таком состоянии Тимур просто не мог откладывать разговор с Жанной на завтра.