Вообще-то, по нынешним временам в этом не было ничего необыкновенного. Эстрадных звезд давно уже перестали устраивать родные пейзажи, и снимать свои музыкальные клипы они отправлялись и на Мальдивы, и в Португалию, и в Африку. Конечно, особой необходимости в этом не было. Как обычно, звезды старались переплюнуть друг друга если не очередным шлягером, то хотя бы экзотическим антуражем. Тем более когда появлялись шальные деньги.
У Жанны таких денег не было. Не было их и у Тимура. Но у него было имя, под которое добрый спонсор, раскручивающий свой пивной бизнес, выделил нужную сумму. Жанну этот факт буквально потряс. Конечно, песня «Ручьи, где плещется форель» была первоклассной и по тексту и по мелодии. Но чтобы из-за одной, даже очень хорошей, песни отправляться в зарубежный вояж - это не укладывалось у нее в голове.
Но Тимур «видел» именно Сицилию, и переубедить его было невозможно.
Еще в Москве для съемок были специально сшиты три эффектных костюма, так что необходимость брать с собой костюмера отпала. Но без оператора и его помощника, выполнявшего одновременно работу мастера по свету, было не обойтись, как, само собой, без Жанны и Тимура. Пятым членом съемочной группы стала опытный гример Лена Маслова.
Боря Адский бился за эту пятидневную поездку на Сицилию как лев. Он обещал таскать на себе всю аппаратуру, включая тяжелый магнитофон «Награ», синхронизирующий звук с кинокамерой, и клялся за неделю выучить азы итальянского языка. Но Борю безжалостно отцепили от группы, поскольку администратор в такой экспедиции был явно лишним ртом.
Группа поселилась в «Читта дель Маре», неподалеку от Палермо. Из экономии Тимур жил в одном номере с оператором Вадиком и его помощником Стасом, Жанна - с гримером Леной Масловой.
«Читта дель Маре» представлял собой громадный туристический комплекс, расположенный на скалистом берегу Тирренского моря. Тут «отрывалась» молодежь со всей Европы. Казалось, в «Читте» никогда не ложились спать. Оглушительная музыка множества дискотек гремела круглые сутки. Бары, дорожки парка и скалистые пляжи всегда были переполнены толпами орущих, хохочущих, поющих людей в бикини и шортах.
И это несмотря на несусветную жару, начинавшуюся с восходом солнца и слегка спадавшую лишь к рассвету.
- Ну не знаю, - на второй день сказал оператор Вадик. - По мне, такой отдых хуже любой работы. После него в санаторий надо ехать. Поближе к Северному полюсу.
- А мы и не отдыхать сюда приехали, - возразил Тимур.
Да уж, об отдыхе даже мечтать не приходилось. Сжатые сроки диктовали поистине каторжный режим работы. Лена Маслова, привыкшая на съемках спокойно почитывать книжку, не знала покоя ни на секунду. Под горячим сицилийским солнцем грим на лице Жанны начинал течь почти мгновенно, и после каждого дубля Лена бросалась его подправлять.
Утром группа на арендованном «Фиате Типо» отправлялась в горы и возвращалась только в сумерках, поскольку закаты на Сицилии красотой не уступали восходам и Тимур непременно хотел этим воспользоваться.
- Все-таки обидно, - заметила как-то Жанна. - Вроде побывала на Сицилии, а спроси меня - рассказать нечего. Даже мафию здешнюю не увидели.
- Я тебе ее дома покажу, - усмехнулся Тимур. - Еще покруче местной.
Отношения между ними складывались странно: и для Жанны, и для Тимура было очевидно, что они влюблены друг в друга, но никаких шагов навстречу не делали. И в разговорах старательно обходили эту тему.
Тем не менее они часа не могли прожить в разлуке. Слава богу, повода для постоянных встреч у них хватало. Даже после съемки они то и дело пускались в бесконечные обсуждения того, что уже было снято и что предстояло снимать. У Тимура все время возникали какие-то новые варианты, да и Жанна в этом от него не отставала.
Лена Маслова наконец не выдержала и однажды, когда они с Жанной ложились спать, спросила:
- А почему вы с Тимуром не живете в одном номере?
- Ну как почему? - растерялась Жанна. - А зачем нам жить вместе?
- Вы же любите друг друга.
- С чего это ты взяла?
- Что я, слепая? Вот вы все съемки обсуждаете, а на самом деле совсем про другое говорите.
- Это про что же?
- Про то, что жить друг без друга не можете, - сонно сказала Лена. - Вы, конечно, не словами говорите. Взглядами.
Жанна долго молчала, а потом спросила:
- И что? Очень заметно?
Но Маслова уже уснула.